«Волнуешься?»

Рэм усмехнулся.

— Есть немного. Я, конечно, и сам планировал в скором будущем поставить себе бустеры, но... Это не совсем одно и то же. К тому же я напрягаюсь относительно квалификации твоих специалистов.

«Не напрягайся. Они великолепны.»

Машина плавно набирала скорость, за окнами замелькали тени редких придорожных деревьев и смутные очертания холмов.

Примерно через час автомобиль съехал на проселочную дорогу, и через какое-то время остановился на небольшой поляне.

«Выходи».

Рэм взял свою сумку и вышел из машины. Автомобиль выключил все огни и стал просто черной тенью. Рэму стало немного не по себе.

«Позови, тебя не видят».

— Эй, есть тут кто? — крикнул Рэм в темноту, чувствуя себя идиотом.

— Иду! — донеслось откуда-то из-за спины, и через несколько минут Рэм увидел старичка в грубой рабочей одежде.

— Сюда идите, за мной, — поманил рукой старичок и углубился в лес. Он шел, ловко похрустывая сапогами — явно знал здесь каждую кочку. А вот Рэм пару раз оступился и запнулся за невидимую ветку.

Лес стал еще плотнее, а запахи — резче. Проводник Рэма не отличался разговорчивостью, впрочем, и говорить как-то было не о чем. Наконец, они вышли на какую-то полянку, и Рэм увидел домик, похожий на сторожку.

— Туда вам, — сказал старичок и закурил. От его курева потянуло сладковато-горьким дымом.

— Спасибо, — ответил Рэм и направился в сторожку.

Отворив дверь, он оказался в обычном деревенском доме. Вот только за столом сидел совсем не деревенский житель. Навстречу Рэму поднялась высокая женщина лет сорока с аристократичными чертами лица, в белоснежном комбинезоне. Она протянула ему свою узкую ладонь и с улыбкой представилась:

— Меня зовут Маргарита, и добро пожаловать!

Рэм озадаченно пожал ей руку.

— Я Рэм.

— Знаю, Uno сообщил, — она улыбнулась. — Пройдемте в клинику?

Женщина взяла Рэма за руку и отвела немного в сторону, и в этот момент часть пола сторожки выдвинулась вверх и отодвинулась в сторону, открывая белые ступени, уводящие вниз. Там, внизу, было очень светло. “Подпольная” клиника Uno оказалась подпольной — буквально.

— Прошу, — с дружелюбной улыбкой сказала Маргарита, делая приглашающий жест.

Рэм вздохнул, и направился в бункер.

— Сегодня вы должны просто отдохнуть. И никаких линз — общение с Uno мы производим посредством стационарного компьютера. Вы умеете обращаться с компьютером?

Рэм хмыкнул.

— Вполне. Мышка, клавиатура... У меня в детстве был такой.

— Замечательно, значит, обучать не нужно. Вам будет предоставлена комната с индивидуальной уборной. Кроме того, у нас в клинике имеются спортзал и комната отдыха. Вы — не единственный наш пациент, поэтому большая просьба — соблюдать временной режим посещения мест общего пользования. Еду вам будут приносить четыре раза в день непосредственно в комнату. А завтра мы возьмем у вас все необходимые анализы и начнем готовить вас к операции...

Спуск наконец закончился, и Рэм очутился в довольно просторном коридоре со множеством дверей. И ему сразу бросились в глаза огромные часы, висящие в простенке.

Было что-то зловещее в их черных массивных стрелках и размеренном покачивании маятника.

— Обалдеть... Настоящие часы, — проговорил Рэм, останавливаясь.

Маргарита улыбнулась.

— Да, в эпоху линз никто ими не пользуется. Время всегда перед глазами. При этом оно становится каким-то... карманным, что ли. А между тем время — объективно существующая единица. И ему без разницы, что мы там выставляем на своих индивидуальных таймерах.

Глава 20

Инка солгала Рэму, когда сказала, что с ней пойдут еще четверо голенастых. Правда состояла в том, что после появления в сети ролика с танцем она больше не выходила на ринг.

В тот день она явилась, как обычно, за полтора часа до мероприятия, чтобы хорошенько размяться и настроиться. Но распорядитель боев заявил, что сегодня высокие гости хотят от нее не сломанных костей или долгой прелюдии, а танца перед боем. Причем непременно в минимальном нижнем белье. Инка взбеленилась, заявила, что она — не стриптизерша какая-нибудь, а боец. И так слово за слово... Дело закончилось перебитой мебелью, госпитализацией одного из сотрудников службы безопасности и пинком хозяина под Инкин зад.

В итоге, как она слышала, плясать заставили всю женскую группу. За это на Инну ополчились не только девушки, но и большинство мужчин, которые не понимали, почему с придурком на крыше танцевать было можно, а на ринге — нельзя.

Так что никого из «своих» она позвать так и не решилась, кроме двух давних приятелей, но те оказались заняты. И потому забирать Олега она отправилась в одиночестве, на всякий случай вооружившись парой юрких ножей, годных для уличной драки, и прикрыв свое секретное оружие длинными просторными брючинами.

Инка завела машину и бросила взгляд на заднее сидение. Там в переноске оскорбленно молчало полосатое чудовище, которое Рэм ошибочно считал своим питомцем. Инне пришлось немало побегать, прежде чем эта тварь, наконец, попалась ей в руки. Отметины на локте до сип пор неприятно саднили.