Читаем Записки разведчика полностью

Фашисты не заставили себя ждать. Самоуверенные и наглые, они шли не пригибаясь. Я прицелился и дал короткую очередь по пулеметчику. Он схватился за грудь, постоял мгновение и свалился. Вслед за мной начали стрельбу и мои товарищи. Гитлеровцы остановились и, кто с колена, кто стоя, открыли ответный огонь. Вокруг нас запели, зашуршали пули, срезая спелые колосья ржи. Мы отползли в сторону и дали еще несколько очередей. Справа по нас снова начали стрелять полицаи.

С двух сторон к нам медленно, но уверенно приближался враг. Их около сорока, нас здесь только четверо.

– Товарищ капитан, Леша готов! - радостно сказал Петя. — Сигнал подает.

– Прикрывайте, — приказал я. — Мы с Сашей отходим.

– Есть! — коротко ответили они.

Плотно прижавшись к земле, мы поползли. Над головой вился рой пуль. Они были предназначены для Пети и Сережи, так как нас враг не видел.

– Прикрываем отход, — сказал я, когда мы отползли метров на двадцать.

Услыхав очереди наших автоматов, Петя и Сережа начали отходить. Фашисты обнаглели и наседали на нас, сознавая свое превосходство в силах. Калинин вел огонь только по полицаям. По второй группе противника он не стрелял, боясь поразить нас.

– Так мы не оторвемся, — сказал я, когда подползли Петя и Сережа. — Надо сделать бросок. Но сначала из всех автоматов оглушим гитлеровцев, забросаем гранатами, а затем отбежим… Приготовить гранаты.

– Готов, — доложил Петя.

– Готов, готов, — доложили Саша и Сережа.

– Огонь вести на всю катушку, — предупредил я и подал команду: — Встать! Огонь!

Руки ощутили нетерпеливую дрожь автомата. Нас охватило вдохновение. Мы не думали о своей смерти. Стоял бы вот во весь рост и не давал врагу поднять головы… Но что такое? Треск автоматов продолжается, а дрожи в руках не чувствую. Мой автомат молчит. Магазин пустой.

– Гранатами огонь! — выкрикнул я и одну за другой бросил две гранаты.

Моему примеру последовали и остальные. Затем я повернулся и, не пригибаясь, побежал в лощину. Позади слышался топот ног моих товарищей. Не успел враг опомниться, как мы оказались в лощине ниже расположения Калинина. Через наши головы в сторону противника направляются автоматные очереди наших товарищей.

Нам предстояло пробраться на высотку. Но это оказалось не таким легким делом. Перезарядили автоматы и продолжали свой путь, большую часть которого пришлось ползти, подминая под себя высокую рожь. Груз мешал ползти. Я только теперь заметил, что солнце нещадно жжет, пот льется в три ручья. Пить… Хочется пить. Дальше ползти нет сил. Во рту горечь. Стрельба то затихает, то вспыхивает с новой силой, напоминая, что не время думать об усталости – решается вопрос жизни…

Наконец мы присоединились к своим товарищам, а как говорится в украинской поговорке: «гуртом легче и батька бить». Я подполз к Леше.

– Погибать так с музыкой, — сказал он решительно.

Гитлеровцы, к нашему удивлению, залегли в ста метрах от нас, открыли огонь, но не двигались. Мы на их стрельбу не отвечали, ждали, пока они подойдут ближе, чтобы бить наверняка.

– Чего они лежат? — беспокоился Калинин. — Или они ждут, когда мы начнем пробиваться к лесу?

Скоро нам стало понятно, что они ждут…

– Товарищ капитан, противник подбрасывает подкрепление, — быстро сказал Леша.

Я посмотрел в том направлении, куда указывал сержант. Видна дорога, а по ней с бешеной скоростью мчались две машины, одна из них легковая.

Возможно, это случайные, — предположил я.

– Вряд ли. Если бы случайные, то на выстрелы побоялись бы ехать, — резонно возразил Леша.

Скоро я окончательно убедился, что Леша был прав. Машины остановились возле первой. Силы противника еще пополнились пятнадцатью-двадцатью автоматами и двумя пулеметами.

– Да, сейчас будет жарко, — сказал Стрелюк, высасывая кровь из пальца.

– Что с тобой, Костя? — с тревогой спросил я Стрелюка.

– Он ранен. Я предлагала перевязать, а он отказывается, -ответила за него Дуся.

– Пустяки. Только кожу на пальце содрало. Могло быть хуже, — спокойно ответил Костя.

«Да, могло, — подумал я. — И не только могло, но еще и будет».

Вновь прибывшие гитлеровцы развернулись в цепь и пошли догонять своих товарищей.

Я изучал местность и пытался придумать выход из затруднения. Впереди лес. Но между лесом и нами до сорока гитлеровцев. Справа село. От него нас отделяют полтора десятка полицаев. Слева деревушка. Что в ней? Пока нам не известно. Позади нас нет никого, но и укрыться негде – чистое поле. Именно туда противник и хочет нас отбросить, чтобы легче было уничтожить. Наша высота представляет выгодную позицию. Высокая, созревшая рожь до некоторой степени маскирует нас. Но враг может обойти и нанести нам удар с тыла. Силы неравные. Противник превосходит нас примерно в четыре раза. Кроме того, ему могут еще подбросить подкрепление. Мы же можем рассчитывать только на свои силы.