Читаем Записки Малыша полностью

На рисовании рисовали солнышко. Круг у меня получился не очень ровный. Маме все равно понравится. Она меня всегда хвалит.

Максим со мной разговаривает, а я с ним – нет. Хочет играть со мной. Я сказала ему: "Дурак". Он заплакал. Жалко, ему тоже обидно стало, наверно. Потом я ему сказала, что буду с ним играть, если он не будет толкаться и отбирать себе все игрушки. Максим странный, он сразу согласился. На прогулке играли вместе. С нами хотели играть еще Катя, Аня и Андрюша. Только Максим сказал, что наша игра только на двоих, и сказал им уйти. Жалко ребят, только я Максиму не сказала, что хочу играть со всеми вместе. Вдруг опять заплачет.

После сна была гимнастика, ужин. А мамы все нет. Всех уже забрали, я одна осталась с тетей Галей, это воспитательница другой группы. Альбина Александровна отвела меня к ней и сказала: "Жди маму здесь". Я села на скамейку у стены. Больше никого нет, я одна. Тетя Галя что-то пишет, и на меня внимания не обращает. Мне так грустно, очень грустно, хочу плакать, только маму расстраивать не хочется. Я заплачу, а она придет и увидит. Подумает: "Ариночка у меня еще маленькая, оказывается". Она всегда расстраивается, когда я начинаю плакать. Я же вижу. Мама не ругает, не отчитывает меня, не говорит: "Не плачь". Просто расстраивается. Я даже не знаю, почему. И тоже расстраиваюсь.

Папа пришел. Я спрашиваю: "А где мама?", а он сердится на меня, "Давай быстрее, потом расскажу", – говорит. Мне очень хочется плакать. Но я сдерживаюсь. Оделась быстро. Папа сердитый. По дороге домой он мне сказал, что мама с Викой, моей сестренкой, в больнице. Вика заболела. Мне сразу стало очень плохо. Может, я тоже болею? Спросила у папы, когда они домой придут, он сказал, что Вике сейчас делают операцию на животик. Потом она выздоровеет, и ее из больницы выпишут, и мы с ним вместе заберем их домой. Я тихо плакала, слезки только капали, но я не стала громко реветь. Хочу к маме. Хочу к Вике.

Бабушка тоже грустная. Она мне сказала: "Давай, доченька моя Аринушка, помолимся Боженьке, чтобы наша Вика выздоровела, операция была успешной". И я про себя просила Боженьку, чтобы он помог моей сестренке. Чтобы она быстрее выздоровела, и они с мамой вернулись домой. Бабушка молилась быстро-быстро, непонятно и часто-часто крестилась. А потом папа сказал, что пора спать. Он мне рассказал сказку, в которой две красивые, добрые и умные принцессы росли очень здоровыми, занимались музыкой и спортом, а потом выросли и стали знаменитыми спортсменкой и пианисткой. А родители их очень любили и во всем помогали, конечно. Сказка мне так понравилась, что я попросила папу рассказать ее еще раз, когда Вика придет домой. Ей такая сказка тоже очень понравится, я знаю. Потом я закрыла глаза и лежала тихо, не шевелясь. Папа подумал, что я уснула, и вышел из детской. Ночник светил совсем мало, но я видела пустую кроватку сестренки и в груди меня жгло. Тихо плакала, слезы сами из глаз лились, затекали в уши, но я их не вытирала. Боялась, что если шевельнусь папа услышит и придет. Ему и так плохо, не хочу расстраивать. А потом я уснула.

Утром проснулась и удивилась, что мама меня не будит, а уже светло. Потом только вспомнила, что она в больнице. Быстрее побежала на кухню. Бабушка взглянула на меня от окна, где стояла, обернувшись через плечо, и улыбнулась так светло: "Аринушка, операция прошла успешно, если все будет без осложнений, через неделю малышку нашу выпишут". Сказала, что папа сейчас в больнице, и позвонил оттуда. Мне сразу стало так хорошо, что захотелось всех обнимать, и почему-то заплакать. Так я и сделала: заплакала, бросилась к бабуле и уткнулась лицом в ее живот, обняв. Бабушка тоже меня обняла, подняла на руки и сказала: "Ну-ну, не плачь, родная, все хорошо. Скоро они будут дома". Оказывается, меня решили сегодня в садик не отводить, потому что папа хотел со мной вместе навестить маму с сестренкой в больнице. Я от этой новости так развеселилась, так мне в груди и в животе стало легко и щекотно, что начала носиться по всему дому, не могла просто остановиться. А бабушка мне даже замечание не сделала, не сказала, что сильно шуметь нельзя.

Мы с папой были в больнице. Я так соскучилась по маме, что тоже хотела остаться в больнице. А Вика такая маленькая, она совсем без сил. Лежит и просто смотрит. Ей даже воду дают по маленькой ложечке. И она все время повторяет, что хочет пить. И плачет тихо. Мне сказали, что обнимать ее нельзя, у нее шов на животике. Мама показала. Только шва не видно, там повязка. А еще Вике делают уколы болючие. Жалко. Только папа просил меня в больнице не плакать и я сдерживала себя. Хотя мне очень хотелось. Там еще одна девочка в палате с мамой своей были. Та девочка большая, ей, наверно, уже десять лет. Очень большая. И тоже после операции.

Бабушка говорит, что кушать надо хорошо, чтобы были силы играть и расти. Я ей верю. Она сама хорошо кушала, когда была маленькой, и вот какая большая выросла. Даже больше мамы. И папа у меня огромный. Когда он меня поднимает на руки, я легко достаю до потолка.