Читаем Замок обмана полностью

Я поглядела на Джекса, Олли и Максин. Джослин держалась невозмутимо – она-то в любом случае никуда не отправлялась, – но мне показалось, что все остальные думают о том же, о чём и я: мы не хотим возвращаться домой к нашей прежней жизни. Новая нравится нам гораздо больше.

– Сказать по правде, я как раз хотела поговорить с вами об этом, – начала я. К нам подошёл Вольфингтон – послушать, о чём пойдёт разговор. – Думаю, я выскажусь от лица нас всех – ну, кроме Хэйли, конечно, – насчёт того, что... в общем, мы не хотим, чтобы нас выпустили.

– Точно! – вскинул кулак Олли. Джекс и Максин молча кивнули.

Вид у Флоры сделался озадаченный:

– Не понимаю. Ведь вас в полной мере можно считать исправившимися.

– Отчасти, наверное, да, но нам всем ещё есть над чем поработать, – сказала я, уголком глаза подмечая широкую волчью усмешку Вольфингтона. – Ведь большинству из нас всего двенадцать. И у нас впереди ещё куча возможностей ступить на неверный путь и снова стать плохими.

– Поэтому вы хотите остаться здесь? Вроде как на всякий случай? – недоверчиво переспросила Флора. – Но это же исправительная школа.

– Так мы и исправляемся, – подтвердила я. – Нам ещё много предстоит изменить в самих себе. Например, до того, как очутиться здесь, я была уверена, что моя единственная судьба – стать башмачником. Но вы научили меня, что мне совсем не обязательно идти тем путём, который уготовили мне мои родители. Я могу стать кем пожелаю... даже если пока толком не знаю, чего хочу, – торопливо закончила я. – Зато я точно знаю, что все мы больше, чем герои. И больше, чем воры или злодеи. В общем, мы все – очень много кто.

– И учёба здесь поможет нам разобраться, чем мы хотим заниматься дальше, – прибавил Джекс.

Флора явно пребывала в замешательстве:

– Простите, но Сказочная исправительная школа предназначена совсем для другого.

– А почему не для этого тоже? – задал вопрос Олли. – Вы же руководите СИШ. Значит, школа может стать такой, какой вы захотите её видеть.

– И вы сами сказали, что ученики, которых направили сюда при Штильцхене, могут остаться, если захотят, – напомнила ей Максин. – Почему же нам нельзя? Вместо того чтобы избавляться от учеников, как только они начинают вести себя хорошо, почему бы вам не разработать новую программу для ребят вроде нас, которые не хотят останавливаться на достигнутом?

Флора и Вольфингтон переглянулись.

Вольфингтон взглянул на меня и добродушно оскалился:

– Сдаётся мне, один наш общий друг оказал неплохое влияние на тех, кто побывал в Дремучем Лесу.

– Так и есть. И сейчас мы хотим не просто научиться быть хорошими. Мы хотим понять, в чём каждый из нас особенно хорош.

– А что, возможно, это не такая уж плохая идея, – заметил Вольфингтон. – Все преподаватели вполне могут вести ещё какие-нибудь занятия. Насколько мне известно, Харлоу с удовольствием преподавала бы курс актёрского мастерства. А если она готова взять дополнительную учебную нагрузку, то и я не откажусь. Расти над собой и непрестанно меняться к лучшему – прекрасная цель для любого из нас.

– Может быть, вы и правы. – Флора обвела нас взглядом. – Хорошо, можете оставаться.

Наши радостные вопли эхом разнеслись по внутреннему дворику.

– Я так рада, что мы остаёмся здесь все вместе! – сказала Максин, обнимая меня до хруста в рёбрах.

– Я тоже, – ухмыльнулась я. И тут что-то заставило меня взглянуть поверх плеча Максин на статую Альвы у неё за спиной. Я понимала, что это ужасно глупо, и всё же мне стало не по себе. Альва не более чем каменное изваяние, но... Я напряглась.

– В чём дело? – удивилась Максин, когда я вдруг отстранилась.

Моргнув, я снова уставилась на статую. Казалось, её издевательская усмешка предназначена лично мне.

– Я... хотя нет... показалось, – запинаясь, про-говорила я. – Наверное, просто в голове помутилось. Длинный был денёк.

– Да что случилось-то? – продолжала наседать Максин.

Меня вдруг пронизало холодом, и я через силу прошептала:

– Готова поклясться, что Альва только что шевельнула пальцем.

– Что?! – пронзительно взвизгнула Максин, и её глаз завертелся как сумасшедший.

Мы медленно подошли к статуе и некоторое время таращились на неё, но ничего особенного не увидели и в конце концов разразились нервным смехом.

– О братья Гримм, чего нам только не привидится! – выпалила Максин, хлопнув меня по спине. Я полетела носом вперёд, едва не сбив Кайлу, которая мчалась к нам по коридору во всю прыть своих трепещущих крыльев.

– Директор Флора! Нам нужно срочно с вами поговорить! – За Кайлой спешили ещё несколько фей, и я догадалась, что одна из них – её мама, с таким же овалом лица и маленькими заострёнными ушками.

– Летать по коридорам строго запрещается! – не замедлило гаркнуть Мири из зеркала во дворике.

– Не будем слишком строги к ней сегодня, Мири, – успокаивающе сказала Флора. – Бедное дитя наконец-то обрело свою семью! Кайла, может быть, ты сначала представишь нас друг другу, а потом уже продолжишь кричать на всю школу?

Кайла заставила себя опуститься на землю и смущённо поглядела на нас: