Читаем Заместитель (ЛП) полностью

Удивительно, но он бегло говорил по-испански и немедленно втянул водителя в разговор о политике и экономике. Он был настолько любезен, что подвез меня прямо до дома, хотя это больше двадцати кварталов от отеля. Повезло!

Я оставил вещи дома, переоделся — потому что было очень тепло, да и если заявиться на работу в такой одежде, то надо мной будут издеваться до конца жизни.

Теоретически я должен был вернуться 23 числа. Коллегам было очень любопытно, что можно было делать в Европе почти целый месяц. Стану я вам всё рассказывать, не дождетесь! Они получили отредактированную версию моих поездок, и я туманно упомянул, что был с кем-то в Цюрихе.

— Ничего себе, Гути теперь у нас взрослый! — восторженно завопила Виктория. Сегодня ее волосы сияли угрожающе розовым цветом. — Ты был с девушкой!

— Нет-нет, что за ерунда! — возмущенно запротестовал я. Ну это же так. По сути.

Оказалось, что мою смену перенесли с утра на вечер. Вот дерьмо! Ладно, все равно увольняться через неделю. Мне теперь полагалось работать с четырех до одиннадцати, на самом деле — до двенадцати. Считается, что за вечернюю смену можно получить больше чаевых, чем за утреннюю.

По пути назад я купил продуктов и заглянул на факультет, где изучал социальное обеспечение, к большому удивлению обнаружив, что он открыт, хотя сейчас и каникулы. Студенты (ребята с кафедр социологии и политических наук — если быть точным) организовали комитет для работы в трущобах и обменный рынок (проблема с наличкой, помните? Даже с местной валютой, выпускаемой региональными органами управления). Еще меня безмерно удивило, что большинство зарегистрированных членов комитета не студенты, а обычные люди среднего возраста из более-менее благополучных слоев общества. Возможно, последние события повысили их социальную активность.

Я валился с ног, когда добрался до дома. Затренькал звонок. Это явился сосед со своей адской собакой, которая восторженно меня облаяла.

— Лола услышала, что ты вернулся. Выглядишь замученным после полета. А я тут приготовил спагетти, — заявил он, врываясь в квартиру, как ураган, ринулся в кухонный отсек и принялся рыться в буфете.

— Привет, Жорж. — Вообще-то он Хорхе, но предпочитает французский вариант своего имени. Лучше для бизнеса: он — парикмахер. — Приятно снова тебя видеть.

Хороший парень, хотя иногда любит покудахтать надо мной, как курица над цыпленком.

— Ты должен все-все мне рассказать! В Париже был? — воскликнул он, усаживаясь на мое любимое место.

— Придержи коней. Будет тебе исповедь, не волнуйся. Только дай мне продукты в холодильник убрать.

Он восхищенно присвистнул, увидев мое новое пальто. Я напрягся, пытаясь придумать объяснение, но в этот момент зазвонил телефон.

— Настоящая шерсть кашмирских коз. Качество говорит само за себя, — заметил он.

Мобильник! Совсем забыл про него.

— Здравствуйте, — нерешительно сказал я.

— Хорошо долетел, котенок? — спросил Конрад.

— Привет! Да, все отлично. Спасибо, — ответил я как можно неопределенней. Не самый удобный момент для разговора, если учесть, что Жорж обладал знаменитым «гейдаром», который работал постоянно. И, увы, здесь не было другой комнаты, чтобы уйти туда и спокойно поговорить.

— Обустроился?

— Да, и кое-что успел сделать. Ты сейчас где?

— В «Георге Пятом»**. Весь день нудные встречи. — Он вздохнул. — Уже скучаю по тебе.

Только не сейчас, Конрад! Публика слышит каждое мое слово!

— Я тоже. Мне поменяли смену на вечернюю, — зачем-то ляпнул я.

— У меня было впечатление, что ты собирался увольняться, — сказал он опасно напряженным тоном.

— Это только на неделю — пока они не найдут замену, — стал я быстро оправдываться. — Много работы сегодня?

— Как обычно. Грустно от того, что тебя не будет со мной сегодня вечером.

Я улыбнулся, тронутый его словами:

— Это низко с твоей стороны — я всё равно бы не смог с тобой полететь.

Жорж чуть ли не светился от самодовольства, расставляя тарелки и стаканы. Дерьмо! Теперь он точно знал. Р-р-р-р! Лучше буду его игнорировать.

— Мне от этого не легче.

— Знаю. Сколько у тебя там времени? Наверное, очень поздно, тебе пора отдыхать.

— Я не могу спать.

— В самолете я столкнулся с твоим человеком, Ландау. Он меня подвез. Очень мило с его стороны.

— Если тебе что-нибудь понадобится, обращайся к нему. Его основная задача — подготовить несколько сделок и установить контакт с местными, но ему известно, что ты для меня значишь.

В этот раз я покраснел, а проклятая псина залаяла, как ненормальная.

— У тебя есть собака? — с тревогой спросил он. Не волнуйся, не собираюсь выпускать собак на твои персидские ковры.

— Это моего соседа. Он пришел узнать, жив ли я после целого месяца, проведенного в дикой Европе. Можно я позвоню тебе завтра?

— Ясно.

— В семь по твоему времени будет нормально?

— Идеально. Спокойной ночи, Гунтрам.

— Спокойной ночи.

Я отключил телефон и морально приготовился к расспросам любопытного парикмахера.