Ричард Пауэрс

Замешательство

Richard Powers

Bewilderment

Copyright © 2021 by Richard Powers

© Наталия Осояну, перевод, 2022

© Василий Половцев, иллюстрация, 2022

© ООО «Издательство АСТ», 2023

* * *

– Значит, мы можем их никогда не обнаружить?

Осенняя ночь была ясной. Мы установили телескоп на террасе домика, расположенного на краю одного из последних темных пятен в восточной части США. Отыскать такую хорошую, концентрированную темноту непросто, и от нее небо сияет. Мы направили трубу в просвет между деревьями над арендованным жилищем. Робин – мой почти девятилетний, грустный и одинокий ребенок, не способный принять этот мир таким, какой он есть, – оторвал взгляд от окуляра.

– Совершенно верно. Мы можем никогда их не обнаружить.

Я всегда старался говорить ему правду, если сам ее знал и если это не таило в себе смертельную опасность. В любом случае он чувствовал мою ложь.

– Но они же повсюду, верно? Твои друзья это доказали.

– Ну, «доказали» – сильно сказано.

– Может, они просто очень далеко. В космосе чересчур много пустоты, ну, ты в курсе.

Он начал размахивать руками, как делал всякий раз, когда его подводили слова. От того, что приближалось время сна, легче не стало. Я положил руку на его непокорную каштановую шевелюру. Цвет волос был такой же, как у нее… как у моей Али.

– А если мы так и не услышим оттуда ни звука? Что тогда?

Робин поднял руку. Алисса говорила: когда он сосредоточен, можно услышать, как внутри что-то жужжит. Мой сын прищурился, устремил взгляд на высокие деревья, которые вздымались над домиком, словно стены ущелья. Другой рукой потирал ямочку на подбородке – эта привычка свидетельствовала о том, что он напряженно думает. Он тер с такой силой, что мне пришлось остановить его.

– Робби. Эй! Приземляйся.

Он вскинул ладонь: все в порядке. Ему просто хотелось еще минуту поиграть в догонялки с вопросом в ночной тьме, пока была такая возможность.

– Получается, мы до сих пор не слышали вообще ничегошеньки?

Я ободряюще кивнул своему ученому, дескать, давай не будем спешить с выводами. С созерцанием звезд на сегодня было покончено. Нам достался поразительно безоблачный вечер в месте, известном своей дождливостью. На горизонте повисла Луна Охотника, пузатая и красная. В кольце древесных крон – таком отчетливом, что хоть руками трогай, – виднелся Млечный Путь, словно неисчислимая россыпь самородков на черном дне ручья. Если замереть, то казалось, что звезды кружатся.

– Мы не слышали ничего конкретного. В этом вся проблема.

Я рассмеялся. В хорошие дни он заставлял меня смеяться, иногда несколько раз. Такой дерзкий. Полный радикального скептицизма. Совсем как я. Совсем как она.

– Нет, – согласился я. – Ничего конкретного.

– А вот если мы услышим хоть что-то… Это будет ого-го как важно!

– Да уж, точно.

В другой раз найдется время, чтобы объяснить эту важность. А сейчас пришла пора спать. Он прижался глазом к объективу телескопа, чтобы еще разок взглянуть на сияющее ядро галактики Андромеда.

– Папа, а давай сегодня поспим снаружи?

Я забрал его из школы на неделю и привез в лес. Опять начались проблемы с одноклассниками, и нам понадобился тайм-аут. Здесь, в Больших Дымчатых горах, я не мог отказать ему в ночлеге под открытым небом.

Мы вернулись в дом, чтобы подготовиться к ночной экспедиции. На первом этаже была одна большая обшитая панелями комната, пропахшая сосной с легкой примесью бекона. На кухне разило отсыревшими полотенцами и штукатуркой – это были ароматы умеренного дождевого леса. На шкафчиках висели листочки для заметок: «Фильтры для кофе над холодильником», «Используйте другие тарелки, пожалуйста!». На потертом дубовом столе лежала раскрытая зеленая папка с инструкциями: капризы сантехники, распределительный щит, номера экстренных служб. Каждый выключатель в доме был помечен: «Верхний этаж», «Лестница», «Прихожая», «Кухня».