Читаем Закон Моисея полностью

У фигурки девочки были длинные светлые волосы и ковбойские сапоги, а у фигурки мальчика ярко-зеленые глаза, кисть и полностью отсутствовали волосы. В первой рамке эти недочеловечки держались за руки, во второй целовались, а в последней девочка – Джорджия – била мальчика – меня – по голове.

– Какого черта… – выдохнул я.

– Клевый прикид! – радостно прочирикала Джорджия, сидя со скрещенными ногами посреди моей кровати.

Я недоверчиво покачал головой и показал на дверь.

– Вон отсюда.

Она рассмеялась.

– Я закрою глаза.

Я проворчал себе под нос и сердито затопал к комоду. Собрав одежду одной рукой, поплелся обратно в ванную и захлопнул за собой дверь, будто искренне злился. Это не так. Я был рад ее видеть.

Одевшись, я вернулся и замер в дверном проеме со скрещенными руками, глядя на ее уродский рисунок.

– Ты сердишься на меня? – ее лоб нахмурился, в глазах читалась тревога, улыбка сошла с губ. – Я думала, это тебя развеселит. – Она пожала плечами. – Я сказала Кэтлин, что хочу устроить тебе сюрприз, и она только поддержала меня. Я использовала твои краски, но положила все на место.

– Почему ты бьешь меня по голове?

– Это наша история. Мы знакомимся. Ты спасаешь меня. Я целую тебя. Ты целуешь меня в ответ, но делаешь вид, будто я тебе не нравлюсь, хотя это не так. Поэтому я пытаюсь вбить немного здравого смысла в твою голову. И чертовски наслаждаюсь процессом.

Она широко улыбнулась, и я снова перевел взгляд на комикс. А она била меня от души.

– Ужасный рисунок.

Он и вправду был ужасный. И смешной. Очень в стиле Джорджии.

– Ну, не всем же быть Леонардо Ди Каприо. Ты разрисовал мои стены, а я твои. И ты даже не обязан платить мне. Я просто пытаюсь сблизиться с тобой на почве искусства.

– В смысле Леонардо да Винчи?

– И им тоже, – Джорджия снова ухмыльнулась и легла на кровать, хлопая по месту рядом с собой.

– Могла бы хоть нарисовать мне бицепсы. Этот человечек совсем на меня не похож. И почему я кричу: «Не делай мне больно, Джорджия!»

Я плюхнулся на кровать, намеренно приземляясь на Джорджию. Она заерзала подо мной и, пыхтя, начала отползать в попытках выбраться.

– Ты прав. Наверное, это должна быть моя реплика, – она хихикнула. Но увидев выражение ее темных глаз, я уткнулся лицом ей в шею, чтобы не думать о ее неизбежной боли.

Джорджия погладила меня по голове, и я выдохнул ей на кожу.

– Ну так что, мы сближаемся на почве искусства? – прошептала она мне на ухо.