Читаем Закон благодарности полностью

Дик схватил Кузьмина зубами за рукав и потянул за собой.

— Э-э, брат, постой, чую — что-то неладно, — окончательно отогнав сон, произнес Кузьмин. — Пойду разбужу Петра Даниловича.

Через несколько минут все полярники, поднятые по сигналу тревоги, были на ногах. Кузьмин торопливо объяснил им: Петра Даниловича в комнате нет. Дик царапался в наружную дверь, а когда он, Кузьмин, открыл ее, сразу потянул за собой на улицу. Не иначе, что-то случилось с Севриным.

Зарядив карабин, взяв мощный аккумуляторный фонарь, зимовщики отправились искать своего начальника. Дик шел впереди, за ним — Кузьмин, за Кузьминым — все остальные. Увязавшиеся за людьми собаки жались к ногам, мешали идти. Пурга бесновалась с прежним остервенением. В двух шагах ничего не было видно, свет фонаря желтел слабым размытым пятном.

Кузьмин ухватился за канат, который вел к метеоплощадке, но почувствовал, что Дик увлекает его куда-то в сторону. И он доверился собаке, тянувшей его в непроглядную снежную круговерть.

«При такой видимости медведю на лапу наступишь и не заметишь!» — подумал Сергей, крепче сжимая в руках карабин. Он снял висевший у него на груди фонарь, посветил назад — никого видно не было. Тогда Кузьмин выстрелил вверх, надеясь, что Севрин, если он жив, услышит, ответит выстрелом. Но в многоголосом хоре вьюги хлопок выстрела прозвучал беспомощно, и Кузьмин не был уверен, что его услышали идущие сзади. Он подождал Игошева, шедшего вторым, Игошев подождал Кухарчука, Кухарчук — Козлова. Они пошли, растянувшись цепочкой, крепко держась друг за друга, ощупывая ногами снег, и вскоре обнаружили полузанесенного Севрина. Петр Данилович был без шубы и без шапки. Кузьмин, не раздумывая, быстро снял шубу с себя и почувствовал, как ветер продул толстый свитер, словно он из кисеи. Шубу расстелили, положили на нее Севрина. Наклонившийся Кузьмин услышал слабый стон.

— Живой наш Петр Данилович! — обрадованно закричал он. — Потащили быстрей!

Он взялся за одну полу, Козлов — за вторую, Игошев и Кухарчук — за рукава. Дик тоже вцепился в овчину, пытаясь помочь людям.

Когда Петра Даниловича внесли в столовую, часы показывали десять часов утра первого дня наступившего нового года. Севрин дышал едва слышно, был без сознания. У него оказался рассеченным в нескольких местах затылок, ободрано плечо, обморожено лицо и кисти рук. Феликс Козлов взялся врачевать его: обработал раны, наложил повязки, смазал гусиным жиром обмороженную кожу. Сообща перенесли Петра Даниловича в его комнату. Он все еще был без сознания.

Козлов заметил, что Дик зализывает бок и постанывает. Он подошел к собаке и увидел, что весь левый бок у нее в крови.

— Никак вы вдвоем с Петром Даниловичем с медведем боролись?! — всплеснул он руками и побежал за бинтом и йодом.

Дик, понимая, что ему хотят помочь, не сопротивлялся, когда Козлов смазывал глубокие рваные царапины, оставленные медвежьими когтями, туго бинтовал бок.

— Вот друзья по несчастью, — тихо проговорил фельдшер, закончив работу.

Дик прилег на коврик у двери и уронил голову на лапы.

Козлов не сразу заметил, что Севрин очнулся. Первым уловил это Дик. Он вдруг вскочил, завилял хвостом и направился к кровати.

— Дик, на место! — тихо сказал Козлов, еще не поняв, в чем дело. Он сидел за столом, освещенным лампой-грибком, и читал.

— Что со мной? — спросил Петр Данилович, узнав Козлова по голосу.

— Ну, слава богу, очнулся, — обрадовался Феликс. — А очнулся, значит, с того света вернулся!

— Что со мной? — повторил вопрос Севрин.

— Теперь все в порядке, — ответил Козлов. — А ночью, наверное, вами хотел закусить мишка. Нашли вас за баней без шапки и шубы. Дик — молодец: прибежал, людей позвал, хоть и сам ранен.

Дик, ткнувшись носом в забинтованную руку Петра Даниловича, чихнул и лег рядом с кроватью. И все время, пока хозяин болел, он находился около него.

Когда унялась пурга, зимовщики расчистили дорожки, метеоплощадку и нашли шапку Петра Даниловича недалеко от бани. Полушубка нигде не было. Видно, его утащил медведь.

Собираясь в столовой, зимовщики пытались восстановить картину нападения белого медведя на их начальника. Андрей Кухарчук даже схему вычертил: как вышел Петр Данилович из дома, как шел, держась за канат, к метеоплощадке, как мог идти или где мог затаиться медведь.