Читаем Заколка полностью

– А я не хочу, чтобы прошлое возвращалось! Если кто-то решил поиграть со мной, то он за это ответит! – процедил Волков.

– Когда в свое время ты принимал жесткие решения, тогда ты не думал, что смерть твоего врага сделает сиротой его детей. А как будут дальше эти дети расти? Без отца! Они тоже хотели, чтобы у них был отец, – заметил Михаил.

Волков повернулся к нему и удивленно спросил:

– И это ты мне сейчас говоришь? Что, совесть проснулась? А ты такой безгрешный? – спросил он.

– Я не говорю, что я безгрешен, я просто делал то, что просил ты. И я был против, когда ты захотел избавиться от бывшей жены, Марины, уговаривал тебя, но ты был непреклонен, ты хотел, чтобы Марина и ее муж погибли, а Настя осталась с тобой, а каково будет ей, об этом ты не думал, – пожал плечами Савельев.

– Заткнись и не говори об этом вслух! Не надо меня за это упрекать – я уверен, что я сделал все правильно. Она заслуживала это – она предала меня, такая дрянь должна была получить по заслугам, а воспитать дочь я могу и сам, – прошипел Николай.

– Давай закроем тему. Как прошли похороны? – спросил Савельев.

– Ужасно, было не по себе. Кстати, есть результаты вскрытия?

– Пока нет, как будут новости, я сразу узнаю об этом, – заверил Михаил.

Глава 4

Десять часов вечера.

Ночной клуб в центре Москвы на Новом Арбате


Молодой человек с грустным видом сидел за столом в гордом одиночестве и пил виски.

В клубе громко играла танцевальная музыка.

К нему подсел мужчина лет пятидесяти.

– Чего надо? – спросил первый, подняв голову.

– А что так грубо? – ответил мужчина.

– Ну вы подсели ко мне, чего хотите? – спросил молодой человек, немного глотая слова.

– Предложить хотел работу, – сказал незнакомец.

– С чего решил, что мне нужна работа?

– Работа, она всем нужна, тем более когда приносит большие деньги.

– Ну и что это за работа?

– Хорошая работа, надо будет просто кое-что сделать.

– Наркота?

– Нет, никаких наркотиков, рисков мало.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1. Щит и меч. Книга первая
1. Щит и меч. Книга первая

В канун Отечественной войны советский разведчик Александр Белов пересекает не только географическую границу между двумя странами, но и тот незримый рубеж, который отделял мир социализма от фашистской Третьей империи. Советский человек должен был стать немцем Иоганном Вайсом. И не простым немцем. По долгу службы Белову пришлось принять облик врага своей родины, и образ жизни его и образ его мыслей внешне ничем уже не должны были отличаться от образа жизни и от морали мелких и крупных хищников гитлеровского рейха. Это было тяжким испытанием для Александра Белова, но с испытанием этим он сумел справиться, и в своем продвижении к источникам информации, имеющим важное значение для его родины, Вайс-Белов сумел пройти через все слои нацистского общества.«Щит и меч» — своеобразное произведение. Это и социальный роман и роман психологический, построенный на остром сюжете, на глубоко драматичных коллизиях, которые определяются острейшими противоречиями двух антагонистических миров.

Вадим Михайлович Кожевников , Вадим Кожевников

Детективы / Исторический детектив / Шпионский детектив / Проза / Проза о войне
Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза