Читаем Заххок полностью

Увидели! Вертолёт снижается. Спрыгиваю с крыши в кузов, отшвыриваю факел назад, на дорогу. Накидываю робу, перебираюсь в кабину.

– Туда! В темпе.

– А ручка?!

– На обратом пути подберёшь.

Выкатываем на юго-западный край площади. Вертолёт – камуфлированная двушка, опускается. Дверца открывается, выходит мужик в полевой форме. Неужели Ястребов?! Порядок! С ним договорюсь. С ним будет легко. Направляется ко мне. Иду навстречу.

– Здорово, Даврон. Чего это ты Робинзона на острове изображаешь? Мы бы и без твоих сигналов сели. К вам летели. Захотелось, понимаешь, вас проведать, поглядеть, как дела идут…

Врёт или нет? Мне все равно. Говорю:

– Кстати прилетел. Даже не представляешь, как кстати…

– Отчего же? Представляю. Я на расстоянии чую, что нужен. Добрый волшебник Ястребов.

Заставляю себя улыбаться. Не до гордости. Подхватываю:

– А чудо сотворить слабо?

– Заказывай.

– Девушку надо транспортировать. В Талхак.

– Что так жидко? Я-то думал, что-нибудь серьёзное попросишь… Транспортировать, конечно, можно… Однако не слишком ли чудесами разбрасываешься? Прибереги для важного случая. Тем более, что транспорт, вижу, у тебя самого имеется…

– Случай важный, – говорю. – Важнее некуда.

– Тебе виднее. Да понимаешь ли, горючки в обрез. Меня летуны за перерасход сожрут. Я обещал, что недалеко полечу.

– Убеди парней. Я им возмещу. Не сейчас… Через несколько месяцев. За каждый литр керосина – литр водяры.

Присвистывает:

– Ты хоть представляешь, сколько сожжём? Туда да обратно – в водочном эквиваленте хватит, чтоб целый год керосинить… А что за девица? Стоит эдаких подвигов?

– Жена Зухура.

– А-а-а, эта девочка… Я её видел. Красивая. Везёшь красавицу к родителям? Зухуршо не станет ревновать?

– Спасать её надо. Ожоги. Третья степень.

– Да ты что! Ну, даёшь! Третья степень, и зачем-то тащишь в кишлак. Там что, израильскую клинику открыли? Даврон, окстись. Даже в Калай-Хумбе, в госпитале не спасут… Слушай, у меня в вертушке аптечка. Вколем ей промедол, хоть боль снимем. Если по уму, то надо, конечно, такую дозу, чтоб заснула и не проснулась. Зачем девочке страдать зазря. Выжить она при любом раскладе не выживает.

– Выживет. Есть шанс.

– Ой ли? Не знаю, не знаю… Ну, а несчастный муж что?

– На охоту уехал.

– Он-то знает, что с женой?

– Знает.

Задумывается на миг. Что-то прикидывает.

– А ты, стало быть, бескорыстный друг, спасатель, спаситель и все такое… Ну да, ну да… Ты прости, что бесцеремонно… Это я по дружбе.

Делаю глубокий вдох. Медленный выдох. Говорю спокойно:

– Не обо мне речь. Помоги, буду должником. Сделаю все, что скажешь.

Молчит. Спрашивает:

– Подумал прежде, чем обещать?

– Подумал.

– Тады держись, ловлю на слове. Я вообще-то не к Зухуру, к тебе прилетел. Разговор есть.

– По дороге поговорим.

– Не выйдет, надо без свидетелей. Разговор серьёзный, пилоту его слышать ни к чему… Да не дёргайся ты. Пять минут погоды не сделают.

Смотрю на часы. Четырнадцать пятьдесят семь.

– Погнали.

– Одно условие, – говорит Ястребов, – язык на замке. Договоримся, не договоримся – чтоб молчок.

– Мог не предупреждать.

– Верю. Ну, а дело… Дело-то в общем простое. Надо вальнуть одного пассажира.

Сговорились они, что ли? Сначала Алёш, теперь этот.

– Не по адресу.

– Да ты погоди, дослушай. Как-никак в должники набиваешься.

«Понятно, – думаю. – Использует момент».

– Предположим… Дальше.

– А дальше – пустяки. Ты этого пассажира знаешь, встречал недавно. Алёша Горбун. Он все ещё в Калай-Хумбе. Шанс – зашибись, сто лет ждать, пока такой же подвернётся. А уедет в Хорог, где его достать – задачка, ох, непростая.

– Почему я? Местных не нашёл?

– Ты разве этих орлов не знаешь? Ни у одного вода в жопе не держится. Непременно разболтает, не сегодня, так завтра. А дело, мягко говоря, щекотливое.

– Факт. Рука Москвы и все такое.

– Типун тебе на язык. Какая на хер Москва! Россия-матушка тут вообще ни сном, ни духом. Чисто местные разборки. Тутошние мои компаньоны заинтересованы… А я в ваших палестинах надолго, вот и не хочу рисковать. Залётный нужен, чтоб следа не оставил. Исполнил, улетел и ищи-свищи. Где он? А нет его…

– Вот как, значит? – говорю. – Нормально!

Он запинается на миг. Догадывается:

– А-а-а, ты вот о чем!.. Прикинь, зачем мне, деловому человеку, время терять, чужой керосин жечь, лишний долг перед летунами на себя брать, в горы лететь – и все это ради одноразового исполнителя, чтоб его после задания ликвидировать? Был бы нужен одноразовый, я б вышел на улицу, свистнул – целая толпа набежит. Как, логично?

– Предположим.

– Итак, задача: ищем профессионала и человека со стороны. А ты… Скажу честно, но чтоб без обиды. Лады? Про боевой опыт и прочее молчу. И без того ясно. Главное, ты, с одной стороны, по обличью как бы местный, во всяком случае, всегда проканаешь за местного. А с другой, как в анекдоте говорится, – гвоздь от совсем другой стены. Для подобных дел – самое то. Идеальная кандидатура.

– У идеального кандидата есть один недостаток, – говорю. – Не согласится.