Читаем Заговор против Короны полностью

Корона всегда казалась ему далёким-далёким будущим. Отец был сильным мужчиной, и Алрик рассчитывал много лет пробыть принцем этой страны. Всего несколько месяцев назад на празднике в честь середины лета они с Маувином строили планы отправиться в годичное путешествие по всем уголкам Апеладорна. Они хотели посетить Делгос, Кали и Трент и даже собирались отыскать местоположение легендарного разрушенного Персеплаквиса. Открыть и исследовать древнюю столицу старинной Новронийской империи было мечтой их детства.

В потерянном городе они надеялись найти удачу и приключения. Маувин хотел обнаружить остатки утерянного искусства рыцарей-тешлоров, а Алрик собирался разыскать древнюю корону Новрона. И хотя они разговаривали о путешествии со своими отцами, ни один не упомянул Персеплаквис. Это вряд ли имело значение, учитывая, что никто не знал, где находится потерянный город, но даже попытки разыскать древнюю столицу старой империи считались ересью. И всё же пройтись по легендарным залам Персеплаквиса мечтал, наверное, каждый мальчишка Апеладорна. Однако для Алрика юность кончилась.

«Теперь я король».

Мечты о бесконечных днях, полных рискованных приключений и исследований новых земель, во время которых он будет пить плохой эль, спать под открытым небом и любить безымянных женщин, рассеялись, словно дым на ветру. Их место заняли картины каменных залов, в которых толпятся старики с сердитыми лицами. Он только изредка наблюдал, как его отец вершил суд, выслушивая, что духовенство и знать требовали меньше налогов и больше земель. Один граф даже потребовал казни герцога и опеки над его землями за то, что тот был виновен в смерти одной из его призовых коров. Отец сидел, как казалось Алрику, в полном унынии, пока судебный чиновник зачитывал множество прошений и жалоб, по которым король должен был вынести решение. Будучи ребёнком, Алрик думал, что быть королём — значит делать всё, что пожелаешь. Но с годами он увидел, что это такое на самом деле: поиски компромиссов и политика умиротворения. Король не может править без поддержки аристократии, а аристократы никогда не бывают довольны. Они всегда чего-то хотят и ожидают, что король это обеспечит.

«Теперь я король».

Для Алрика стать королём было равносильно приговору к тюремному заключению. Остаток жизни он проведёт в служении своему народу, своим дворянам и своей семье, в точности как делал его отец. Интересно, чувствовал ли Амрат то же самое, когда умер его отец? Он никогда раньше не задумывался об этом. Амрат как человек и мечты, которыми тому пришлось пожертвовать, были для молодого принца незнакомыми понятиями. Он подумал: был ли счастлив его отец? Когда Алрик вспоминал о нём, на ум приходили отцовская густая борода и сияющие смеющиеся глаза.

Отец часто улыбался. Алрик подумал: это оттого, что ему нравилось быть королём, или оттого, что время, проведённое с сыном, давало ему необходимую передышку от государственных дел? Алрик ощутил внезапное желание ещё раз увидеть отца. Он пожалел, что не находил времени на то, чтобы посидеть и поговорить с ним, как мужчина с мужчиной, спросить отцовского совета и наставлений на случай, если подобный день наступит. Он чувствовал себя абсолютно одиноким и не был уверен, сможет ли достойно справиться с делами, которые ждут его впереди. Больше всего на свете он хотел просто исчезнуть.

Адриана разбудил настойчивый звон сталкивающегося металла. После завтрака Эллы он забрёл во внутренний двор. Стало значительно прохладнее, но он нашёл освещённый солнцем участок мягкой травы, чтобы вздремнуть. Ему казалось, что он прикрыл глаза только на мгновение, но, когда он их открыл, было уже далеко за полдень. На другой стороне двора снова тренировались мальчишки Пикеринга.

— Нападай ещё раз, Фанин, — скомандовал Маувин, чей голос был приглушен шлемом.

— Зачем? Ты опять меня ударишь!

— Ты должен учиться.

— Я не вижу в этом смысла, — запротестовал Фанин. — Непохоже, чтобы я собирался становиться солдатом или участвовать в турнирах. Я второй сын. В конечном итоге я буду расставлять книги в каком-нибудь монастыре.

— Вторые сыновья не отправляются в монастыри, это делают третьи. — Маувин поднял забрало и ухмыльнулся Денеку. — Вторые сыновья — запасные. Ты должен тренироваться и готовиться, на случай если я умру от какой-то редкой болезни. Если этого не произойдёт, ты будешь странствовать по землям, сам зарабатывая себе на жизнь. Это значит, что ты или станешь наёмником, или будешь сражаться на турнирах. Или, если тебе повезёт, ты сможешь занять пост шерифа, маршала или начальника стражи у какого-нибудь графа или герцога. В наши дни это ничуть не хуже дворянского титула, правда. Однако ты не получишь такую работу и не протянешь долго в качестве наёмника или мечника, если не будешь уметь сражаться. Теперь снова нападай на меня. На этот раз разворот, шаг и выпад.

Адриан подошёл к тому месту, где сражались юноши, и сел на траву рядом с Денеком, чтобы понаблюдать. Денек, которому было только двенадцать, взглянул на него с любопытством.

— Ты кто?