И Вальку она убедит, чтобы та охолонилась со своими курсами. И Настю упросит, чтобы та отложила свой бизнес хотя бы до конца соревнований. Ведь действительно нехорошо получается: Фомич-то в них поверил. Помогал во всем. Спонсора на Париж искал – явно имея в виду именно их четверку. А они годик попрыгали – и в кусты. Ведь еще недавно она лежала ночью без сна, представляла, как их команда поедет покорять Америку. Как сладостно мечталось, как хотелось стать первыми!.. Чтобы их чествовали и для них пела группа «Queen»…

Катя вышла из гостиницы, прошлась до Желтой казармы. Постучалась в Настину комнату.

Настя валялась на кровати, погруженная в очередной учебник по бизнесу.

– А, Катюх, привет… не мешай пока, ладно? Я через десять минут закончу.

И это вместо обычного: «Ну, где девчонки? Давно на тренировку пора!»

Катя тихонько прикрыла дверь. Она не будет мешать подруге.

За Желтой казармой только что распустился роскошный куст махровой сирени. Сорвать, что ли, веточку? Занюхать расстройство?

Катя подошла к цветам – и отпрянула.

Оттуда доносилось:

– Come in, please. Нет, не так. Слишком робко. Come – In – Please. Тоже плохо. Еще уверенней. COME IN PLEASE! SIT DOWN!

Валентина спряталась ото всех и готовила тему «Встреча гостей».

Катя не стала ей мешать…

Пусть все идет – как идет.

На соревнования по групповой акробатике приехали семь команд – кроме них, только мужские. Женская четверка соревновалась наравне со всеми. Сделала десять фигур и заняла почетное второе место.

Спонсоры, которые присутствовали на соревнованиях, даже подумывали о том, чтобы послать в Париж две команды – и мужскую, и женскую. Но на восемь человек денег не нашлось. Поэтому девушек всего лишь похвалили. Похвалили – и пожелали удачи в будущем году.

В последний день соревнований, сразу после прыжков, пришибленная поражением Маша начала пить. «Одной фигуры не хватило! Одной! – убивалась она. И преданно заглядывала в глаза подругам: – Но на следующий год – мы поедем? Нам повезет?»

– Конечно, повезет. Мы будем тренироваться – и всех, всех надерем, – утешала ее Катя.

Даже суховатая Валя прониклась горем подруги:

– Ну не плачь, Машенька… Не все же сразу…

И только Настя молчала и отводила взгляд от преданных и печальных глаз Маши.

Глава 8

Brainstorm

Павел, 7 января

– …Вот так и закончилась наша четверка, – грустно подвела итог Катя.

Она сидела и задумчиво вертела в руках чайную ложечку. Видно, ее мысли все еще блуждали в начале девяностых, на подмосковном аэродроме.

– После этих соревнований вы еще прыгали?

Катя невесело усмехнулась:

– Дня два тренировались как сумасшедшие. Машка все кричала, что мы им всем хвост надерем… А потом выходные закончились, мы вернулись в Москву. Дня через два мне позвонила Настя. Сказала, что основала свою фирму и только что получила кредит. Поэтому прыгать пока не может – некогда, нужно срочно офис искать, рекламу давать… Попросила тайм-аут до конца сезона. Сначала мы искали ей замену – не нашли. Потом у Вальки начались сплошные командировки, а мне как раз нужно было в аспирантуре минимумы сдавать… Так все и сошло на нет… Постепенно…

– Но вы общались? – продолжал допрос я.

Катя поморщилась:

– Общались, конечно… Но редко. Без прыжков все это было не то…

– А что сталось с Гошей?

– С Гошей? – Катя пожала плечами. – Ничего. Женат, детей, кажется, трое. Вроде инженером работает.

Вот так-то! А Настина сестра меня грузила страстями: дескать, погиб он в автокатастрофе, в этом повинна Валентина Лессинг!..

– Он с Настей-то продолжал встречаться? – спросил я.

– Нет. Настя говорила, не до Гоши ей. Смеялась – маленький он еще, пусть, мол, подрастет.

– А кто тогда отец ее ребенка?

Катя задумалась – говорить, не говорить. Наконец решилась:

– Только между нами, хорошо? Году в девяносто втором я познакомила Настю с Шеляринским. Она очень просила – знала, что это мой одноклассник, а ей нужно было кредит большой выцепить… Ну, у них служебный роман и вспыхнул. Ванька тогда, правда, женат уже был. Так что ребенка-то он признал, а с семьей у Насти не получилось.

И с Гошей – мимо. И с Валиной местью – тоже. Тем более что сама Валя сейчас – в Склифосовском, в коме…

– Так что на той вечеринке вас, – подытожил я, – объединяли только воспоминания…

– Дело не в этом, – поправила меня Катюша; она сидела напротив меня за столом в своей кухне: локти на столе, ладонями подперла голову. – Вопрос в том, почему мы вдруг объединились теперь – физически?

– А кто придумал эту вечеринку у Валентины в особняке? – спросил я.

– Она, Валентина… Да, кажется, она сама.

– Почему – именно сейчас?

– Н-ну, не знаю… Ностальгия, может быть… И потом – ей скучно… Сидит себе дома, с сыном и этим своим Гансом-Дитрихом… Не работает…

– Вас лично на вечеринку приглашала она?

– Да.

– По телефону?

– Да.

– Вы с Валентиной вообще часто созваниваетесь?