Читаем Загадочное убийство полностью

— Я даже не хочу быть сказочным детективом. Папа тоже этого не хотел, и, как только у него появилась возможность от этого увернуться, он так и поступил. А почему? Потому, что считал свою жизнь слишком опасной — и был прав. Я не хочу, чтобы моя сестра погибла или попала в лапы свихнувшегося волшебника. Лучше нам со всем этим покончить, пока это еще возможно. Если бы мама поступила так, кто знает, как сложилась бы наша жизнь…

— Наша мама пыталась помогать людям, — возразила Дафна. — Да, она потерпела неудачу. Но лучше я тоже буду пытаться и терпеть неудачи, чем стоять в стороне и наблюдать за чужими страданиями. Мы — Гриммы, наш долг — помогать людям.

— Дафна, я…

— Я убегу отсюда — с тобой или без тебя, Сабрина, — проговорила Дафна, потом отвернулась и затихла.

Сабрина слишком хорошо ее знала: разговор окончен. Ей очень хотелось, чтобы сестра поняла ее точку зрения. Да, в прошлом она была дергунчиком, но теперь она действительно заботилась не о себе. Свободной рукой Сабрина дотянулась до своего пальто, лежавшего у нее в ногах, ощупала карманы, нашла мамин бумажник. В нем лежала фотография, которую теперь она просто обожала. Не отрываясь, она смотрела на мамино лицо: кем в действительности была Вероника Гримм? Сабрина ничего толком о ней не знала. Почему Вероника Гримм изменила свою жизнь? Почему, стоя перед выбором, просто не отошла в сторону?

Мисс Смэрт разбудила их рано утром. Казалось, она наслаждалась тем, что девочки не выспались. Она расстегнула наручники, выволокла бедняжек из кроватей и потащила на кухню, где им предстояло колдовать над сиротским завтраком — варевом из яичного порошка и прокисшего молока.

Огромный детина с сеткой для прически на голове и на бороде велел им сыпать в котел всё, что он достает из холодильника. Так в котле оказались несколько рыбин прямо с головами, хвостами, глазами и потрохами, соус для жарки мяса, заветренная колбаса, грибы, собранные, судя по их ядовитому виду, в подвале сиротского приюта.

Потом девочкам дали огромную, как весло, деревянную ложку и велели помешивать варево, пока оно не закипит. На его поверхности то и дело вырастал пузырь, который, шумно лопаясь, обжигал девочкам руки. Но гораздо больше горячих брызг Сабрину мучило молчание сестры. Несколько раз она пыталась с ней заговорить, но Дафна упорно отворачивалась. Сабрина обрадовалась бы любому словечку — хоть "соплячке", хоть "дергунчику", но младшая сестра отказывалась даже ругаться.

Когда "завтрак" поспел, девочкам приказали раздать его неумытым полусонным детям, выстроившимся в очередь. Многих из них Сабрина знала: некоторым суждено было томиться в приюте, пока они не поступят на работу. До возвращения сестер Гримм обратно в приют дела не было никому, кроме Гарольда Динка — веснушчатого паренька, похоже болевшего чесоткой: в его ярко-рыжей шевелюре зияли проплешины. Дойдя до раздачи, он захохотал, тыча в сестер пальцем:

— Вы только поглядите! К нам снова пожаловали сестры-уродины!

— Поберегись, Гарольд, лучше быть вежливым с теми, кто кормит тебя завтраком. Мало ли что попадет тебе в яичницу, — пригрозила Дафна.

— Кишка тонка!

Несмотря на то что Дафна с ней не разговаривала, Сабрина инстинктивно встала на ее защиту.

— Эй, Гарольд, почему бы тебе снова не украсть деньги из кабинета мисс Смэрт и потом не притвориться, что ты их нашел? Помнишь, как было в прошлый раз? Не хочешь снова заделаться ее любимчиком? Ходил бы весь облизанный…

Вся очередь покатилась со смеху. Гарольд швырнул свой поднос на пол и убежал.

Сабрине и Дафне полагалось есть последними. Остатки на дне котла имели такой неаппетитный вид, что лучше было остаться голодными.

Они сели за стол в глубине столовой и стали жевать черствый хлеб.

— Наверно, сегодня нас ждет знакомство с Грили, — сказала она.

Но даже после того, как они вместе выступили против Гарольда, Дафна промолчала. Пришлось Сабрине жевать молча, стараясь не сломать зубы о жесткий кусок хлеба.

Дэвид Грили оказался тощим, жилистым типом с цыплячьими ножками. На его заросшей двухнедельной щетиной физиономии застыла такая же кривая, как и его зубы, улыбка. Руки были покрыты татуировкой, глядя на которую можно было подумать, что ее делали в седле, на скаку.

— Привет! — сказал он девочкам, поднимаясь по ступенькам сиротского приюта.

— Поздоровайтесь со своим новым папочкой! — приказала мисс Смэрт и больно ущипнула обеих за плечи — это был ее фирменный прием.

Сабрина кивнула, а Дафна даже не шелохнулась.

— Какие тихие! Это хорошо, нет ничего хуже горластых детей! — высказался Грили. — Был у меня сосед-собачник, так от лая его пса впору было оглохнуть. Ну, так больше у него собаки нет. Понимаете, что я имею в виду? — И Грили изобразил выстрел.

Дафна наморщила носик. Вид у нее был такой, словно она приготовилась лягнуть этого типа в лодыжку. Сабрина предостерегающе положила руку ей на плечо.

Грили нагнулся и потрепал девочек по волосам, как собачонок.

— Сперва кое о чем договоримся. Я — главный. Чтобы без трепа! И вы зря не треплетесь, и я.

— Что значит "треп"? — спросила Дафна. Сабрина пожала плечами.