Но природа могла наделить гипотетических обитателей Венеры органами зрения, позволяющими видеть в темноте, — чувствительными к инфракрасному или даже рентгеновскому излучению. Тогда облачная вуаль на небе для них не существовала бы и они так же отчетливо видели бы Вселенную, как и мы. Это предположение показывает, что весьма реальна опасность догматического, бездоказательного перенесения сугубо земных понятий в условия других планет.

Столь же опасно было бы безоговорочное отрицание возможности каких бы то ни было форм жизни на Венере. Каждая группа астрофизиков, горячо проповедующих свою излюбленную теорию — пустыни, сплошного океана, планеты, горячей как печь или не имеющей кислорода, — закрывает дверь перед любыми теориями жизни.

Теперь раздаются более трезвые голоса, уверяющие, что нельзя отбросить ни одной теории, в том числе даже романтической и наиболее фантастической из всех: Венера подобна Земле. Мы встретили бы там обычные облака из водяного пара, сносные температуры, дожди, зеленые растения, рыб, птиц, пресмыкающихся и даже человекоподобных разумных существ, близких к нам своим физическим обликом и складом ума. Это представление о Венере как о сестре Земли не встречает веских, обоснованных возражений, просто оно не подкреплено доводами; но никакая другая современная теория Венеры не может претендовать на большее. Ни одна из них не в состоянии предсказать, какие сюрпризы могут нас ожидать под облаками.

Меркурий

Меркурий представляет собой сплошную загадку. Близкое соседство с ослепляюще ярким Солнцем затрудняет исследования этой самой маленькой из всех планет, поэтому нам известно о ней очень мало.

Наблюдения нечетких, но уверенно различимых деталей поверхности показывают, что периоды вращения как вокруг оси, так и вокруг Солнца — сутки и год — Меркурия равны 88 земным суткам. Следовательно, дневная сторона всегда обращена к Солнцу и раскалена его лучами, в то время как другую — ночную — освещает только свет звезд.

Эта планета диаметром всего около 4850 км занимает по своим размерам тринадцатое место в солнечной системе, уступая восьми другим планетам и четырем гигантским спутникам (Тритону, Титану, Каллисто и Ганимеду), диаметры которых превышают 5000 км.

Рис. ­­4. Хотя по своим размерам Меркурий девятый среди планет, он занимает лишь тринадцатое место среди всех тел солнечной системы.

Несколько веков назад астрономы «открыли» еще более близкую к Солнцу планету, которую они назвали Вулканом. Но современные мощные телескопы ее не обнаруживают, и можно почти наверняка считать, что она не существует.

Как ближайшая к Солнцу планета, Меркурий обладает некоторыми особенностями, выделяющими его из числа других планет. Одна из таких особенностей — «исчезнувшая» атмосфера, которая в действительности никогда и никуда не исчезала…

Замерзшая атмосфера на планете, столь близкой к палящему Солнцу?! Но ведь ночная сторона Меркурия никогда не поворачивается к Солнцу. На протяжении многих веков ночное полушарие излучало тепло в мировое пространство, в результате чего температура понизилась по крайней мере до –263°C — всего на 10° выше абсолютного нуля (–273°C).

В соответствии с одной из теорий с момента образования в сильном поле притяжения Солнца расплавленная планета не смогла отвернуть дневное полушарие от Солнца. И, когда при остывании планеты из ее недр выделились газы, избыток тепла на дневной стороне вызвал перенос атмосферы на холодное ночное полушарие, где газы быстро замерзали. Кислород, азот, углекислый газ, аргон — все эти газы при –267°C не только сжижаются, но и превращаются в «лед». Единственное исключение — гелий, который сжижается при –267°C.

Наурс в своей книге «Девять планет» рисует яркую картину: кусочки твердого водорода и кислорода переносятся реками жидкого гелия и грудами накапливаются на склонах гор. Он считает, что эти запасы замерзших газов могли бы стать удобной межпланетной заправочной станцией для космических кораблей. Опустившись на ночное полушарие Меркурия, космонавты легко могли бы забрать на борт твердый кислород для пополнения запасов воздуха и замерзший водород в качестве топлива.

Если соображения Наурса подтвердятся, то Меркурий будет поистине счастливой находкой для космонавтов. Тысячи космических кораблей истощат запасы затвердевших газов на Меркурии не более, чем мы — запасы воды в ледяных полярных шапках Земли^[14].

Дневное полушарие Меркурия тоже может явиться для нас драгоценным кладом, но только совсем другого рода.