Читаем Задача – выжить! полностью

Взяв трофейное мыло, я направился на поиски реки, из которой партизаны брали воду. Участь таскать воду меня, как я уже говорил, за время моего пребывания в лагере миновала, и, где эта река находится, я представлял смутно. В конце концов я просто пристроился за бойцом, уходящим куда-то в лес с пустыми ведрами. До реки мы шли минут десять. За это время я успел познакомиться со своим проводником, который, угостившись сигаретой, сразу сделался очень разговорчивым.

— И правильно командир этих шлепнул! — говорил он на ходу, выражая эмоции взмахами ведер. — Я так думаю – всех их, предателей, к стенке надо!

Я затянулся сигаретой и что-то промычал в ответ. Восприняв это как знак согласия, боец, его звали Сережей, продолжил:

— Вот оборону, помню, нас поставили держать на высотке одной. Лежу я в ячейке, тишина вокруг такая… Вдруг фашисты с пушек лупить как начали! — Боец остановился и ловко затушил малюсенький остаток сигареты, сунув бычок себе в карман. — Вокруг сплошной гром стоит, и землей меня почти засыпало. Ничего не слышу, в глазах песок… Продрал я глаза, смотрю – немец уже метрах в двухстах. Идут так, цепью, значит. Мы стрелять начали, а их будто пуля и не берет. Нет, падал, конечно, кто-то, но на его месте сразу другой вырастал…

Да, читал я об этой тактике немцев, но до конца все равно не верил. Помню, нашел как-то в Интернете сборник боевых документов РККА. Приказы штабов разных уровней, боевые и разведывательные донесения… И были среди них, по 1941 году, интересные донесения, в которых говорилось, что на некоторых участках противник действительно наступал цепями. В полный рост, да на пулеметы. И потери в наступающих таким образом немецких частях, судя по донесениям, достигали ста процентов. Глупо, да? Но на самом деле это был довольно действенный психологический прием. Наступать они начинали издалека. Наши сразу открывали огонь, но из-за большого расстояния в основном не попадали. А если попадали – разрыв в цепи сразу закрывался. Вот и казалось обороняющимся, что враг на них идет чуть ли не бессмертный. И сдавали нервы…

— …А потом патроны закончились, — продолжал тем временем Сережа, — и мы в штыковую пошли. Там меня и оглушили. Очнулся, а надо мной фашист стоит и смеется. Так вот я в плен попал. А через два дня бежал и ходил по лесам, пока на отряд вот не набрел.

Впереди появился просвет между деревьями, и через минуту мы вышли к реке. С первого взгляда я понял, что помыться здесь будет проблематично. Река медленно текла под заросшим кустами и ивами двухметровым обрывом. Не видно было какого-то спуска к воде. Как же они воду здесь набирают? Ответ пришел довольно быстро. Через нависающую над водой толстую ветвь дерева была перекинута веревка, к одному концу которой было привязано ведро, а другой конец – привязан к дереву. Сережа поставил ведра на землю и отвязал веревку от дерева. Ведро с тихим всплеском ушло под воду, и боец, быстро перебирая веревку руками, поднял его наверх, обмотал веревку вокруг толстого сука того же дерева. Потом Сережа подобрал валявшуюся тут же длинную палку и, зацепив веревку возле ведра сучком, подтащил его к себе.

Я смотрел на все эти манипуляции и тихо изумлялся. Это кто ж выдумал такую конструкцию? А впрочем, как можно было сделать иначе? Как-то, наверное, можно, но здесь была именно такая конструкция. Сережа таким образом наполнил свои ведра и, стрельнув у меня еще одну сигарету, отправился обратно. Я еще раз осмотрелся в поисках спуска к воде и, не найдя ничего подобного, бросил ведро в воду. Самым сложным оказалось подтащить его к себе так, чтобы не расплескать большую часть воды. В конце концов мне это удалось. Я с наслаждением умыл лицо, почистил мылом зубы. Прямо скажу, чистить зубы мылом – мало приятного. После умывания я, осмотревшись по сторонам – свидетелей не было, сбросил с себя одежду и, затаив дыхание, вылил воду из ведра себе на голову. Вода показалась ледяной. Тело тут же покрылось гусиной кожей, и не заорал я только после очень большого усилия воли. Быстро намылился и снова бросил ведро в воду. Здесь мне в голову пришло, что новую порцию воды надо было набирать до того, как я намылился. Пока вытаскивал ведро, перебирая скользкими от мыла руками веревку, пока снова подцепил его палкой – мыло успело подсохнуть. Я снова принял душ, показавшийся уже не таким холодным. Снова набрал воды и вылил на себя. Немного подумав, решил повторить процедуру, но на этот раз воду, чтобы смыть мыло, набрал заранее.

Наконец-то вымывшись, я почувствовал себя гораздо лучше. Конечно, это не горячая ванна и даже не душ, но при данных обстоятельствах… Для полного счастья не хватало только бритвы. Блаженно щурясь под лучами летнего солнца, приятно согревающими после холодной воды, я направился к сложенной неподалеку одежде. И сразу же наткнулся на выходящую из леса Олю. После секундной немой сцены она, пискнув, бросилась обратно в лес. Я, кое-как прикрывшись, принялся быстро натягивать штаны. Получилось далеко не сразу.

— Можешь выходить! — крикнул я в лес.