Читаем Забытый сон полностью

Тогда Эмиль понял, что он может быть разоблачен. Это заставило его продумать и осуществить абсолютно гениальную акцию. Эмиль знал, когда соберутся гости у банкира Леонидова – евреи и мусульмане устраивают праздник на сороковой день после рождения ребенка. Он знал, что в этот день у банкира Леонидова будет много гостей. Консьержа Скалбе предупредили, чтобы он пропускал всех, кто будет подниматься к Леонидовым на третий этаж. Это был своеобразный пароль. Поэтому, когда вечером к Эмилю Кловису пришел фотограф, он спокойно объявил, что направляется на торжество к банкиру. Конечно, если бы он сказал, что идет к Кловису, то дежурный Скалбе обратил бы на него внимание. Но фотограф заявил, что направляется к Леонидовым, и Скалбе ничего больше не спросил. Сидевшие в машине офицеры полиции тоже знали о торжествах в квартире банкира. Но когда все гости Леонидовых ушли, фотограф остался у Эмиля Кловиса, о чем никто не подозревал.

Вечером Эмиль позвонил Арманду и начал объяснять ему, откуда взялись найденные им фотографии. Они говорили по-русски, как обычно говорили с детства. Заместитель Краулиня Инт Пиесис слышал разговор Арманда «о карточках». Будучи финансистом, он решил, что речь идет о кредитных карточках банка, который в это время осуществлял эмиссию новых кредиток. В русском языке слово «фотография» часто заменяют словом «карточка». Арманд был расстроен и не скрывал своего состояния. Позже его супруга тоже обратила внимание, что он нервничал. А Эмиль из состоявшегося с Краулинем разговора точно знал, что утром Арманд приедет в квартиру своего отца, где в то время шел ремонт.

Пиесис достал носовой платок и вытер лоб. В абсолютной тишине Дронго продолжил:

– Всю ночь машина полиции дежурила у дома, но никто мимо нее не проходил. Рано утром на вахту заступил Николай Рябов. И почти сразу появился Арманд Краулинь. Он поставил свою машину рядом с домом и поднялся наверх. Но Эмиль не мог знать, что Арманд вызвал туда же и своего секретаря Ингриду Петерсен.

Арманд поднялся в квартиру, окна которой были раскрыты, поскольку за день до этого там работали маляры и в комнатах сильно пахло краской. В этот момент Эмиль постучал в квартиру. Арманд ему открыл. Эмиль вошел к другу детства якобы для того, чтобы с ним объясниться. Я не знаю точно, что именно там произошло, но, очевидно, Эмиль Кловис использовал обычный хлороформ. Воспользовался ситуацией, подошел сзади и просто усыпил своего соседа, который свалился на пол. При этом Эмиль успел схватить свою жертву, но сделал это так неловко, что запонка с руки Арманда отлетела к окну, угодив в стену под очень острым углом, и застряла там в небольшом углублении. Затем Кловис впустил в квартиру Краулиня своего напарника – того самого фотографа, чьи «карточки» нашел Арманд.

Эмиль слушал Дронго, кривя губы, и только красные пятна на его лице выдавали его состояние.

– Кловис и фотограф сделали петлю, – сурово продолжал Дронго, – взяли табуретку и повесили несчастного на крюке от люстры. Хлороформ при открытых окнах квартиры быстро выветрился. Очевидно, жертве завязали рот. Но когда Арманд начал дрыгать ногами, сильно схватили его за руки, невольно сдавив их, из-за чего и появились кровоподтеки.

А потом в дверь квартиры начали стучать. Представляю, какая паника охватила убийц. В этом состоянии они начали лихорадочно закрывать в квартире все окна, не сообразив, что это может их выдать. Затем, когда Ингрида ушла вниз к консьержу, они быстро выбрались из квартиры, закрыв ее на ключ, и перебрались в квартиру Кловиса, уже понимая, что их преступление может быть раскрыто. Ингрида привела Рябова, который поднялся с запасными ключами. Он открыл дверь и обнаружил повешенного. И здесь Николай Рябов сделал ошибку. Вместо того чтобы дождаться офицеров полиции, которые дежурили рядом с домом, он начал стучаться к соседям.

– Посмотрел бы я, что бы делали вы на моем месте, если бы нашли такой труп, – в сердцах произнес Рябов.

– Я вас не виню, – сурово пояснил Дронго, – я всего лишь говорю о вашей ошибке. Вы постучали к соседям. Конечно, Березкины вышли, но Наталья Николаевна даже не вошла в квартиру и почти сразу же увела своего сына, который впервые в жизни увидел мертвого человека. Можете представить, в каком состоянии они были? Ингрида в это время находилась внизу. И в квартиру кроме Рябова, державшего в руках запасные ключи, вошел только один человек. Обращаю ваше внимание на это обстоятельство. Только он вошел после того, как открыли дверь. Это был Эмиль Кловис. Он принес ключи, но не мог их вставить с внутренней стороны двери. Во-первых, потому что дверь уже была открыта запасными ключами консьержа, а во-вторых, около них стояла Наталья Николаевна. Тогда Кловис воспользовался ситуацией и спрятал ключи в серванте, накрытом полиэтиленовой пленкой.

– Это был шкаф, – поправил Брейкш, – а не сервант.