Читаем Забытое королевство полностью

Тени сгущались. Холодало. Резкие порывы ветра, обычно начинавшиеся после заката, уже сотрясали воздух в окрестностях великой горы. Промедление могло кончиться бедой для отважной рукотворной птицы, осмелившейся приблизиться к Трону Богов. Мы в последний раз помахали друзьям и местным крестьянам и ламам, которые пришли нас проводить. Пропеллеры завертелись. Мы пристегнули ремни; глаза затуманились слезами. Самолет доехал до дальней стороны луга, развернулся и с ревом начал разгон. Прокатившись через луг, мы поднялись в воздух; толпа наси и тибетцев махала нам вслед. Самолет медленно пролетел над нашим любимым Лицзяном, над его черепичными крышами и бегущими ручьями, и стал подниматься выше, чтобы преодолеть Наньшаньский хребет. В окне напоследок мелькнула великая Река Золотого песка, извивавшаяся на дне глубокого ущелья среди леса высоких гор. Потом опустилась ночь.

Так из-за политических потрясений настал конец моего почти девятилетнего пребывания в малоизвестном, всеми забытом древнем королевстве наси на юго-западе Китая. Даже в юные годы, когда я жил в Москве и Париже, меня необъяснимым образом тянуло в Азию, к ее бескрайним, почти никем не исследованным горам и экзотическим народам, и особенно – в загадочный Тибет. Судьба, во многом обошедшаяся со мной сурово, щедро удостоила меня возможности совершать долгие путешествия по Азии, которые и теперь, как мне кажется, еще не подошли к концу. Я всегда мечтал о том, чтобы найти это прекрасное место, отрезанное от мира высокими горами, и пожить в нем, – место, годы спустя описанное Джеймсом Хилтоном в романе “Утерянный горизонт”. Его герой наткнулся на Шангри-Ла случайно. Я отыскал свою в Лицзяне – намеренно и ценой сознательных усилий.

Сингапур, лето 1955

Фото с вкладки

1. Автор отправляется в инспекционную поездку по дальним кооперативам.

2. Друг автора, типичный горец-наси из Ласибы.

3. А Гу-я, девушка-миньцзя, в доме у которой автор всегда останавливался, путешествуя с караваном в Сягуань.

4. Лицзян. Ворота дома автора и главная улица деревни У-то.

5. Вид на гору Сатцето (она же Снежная гора, Снежный пик и Улуншань) с лицзянского холма, что возле дома автора.

6. Г-жа Ли утром в своей винной лавке, лицом к “барной стойке”, где сидят клиенты.

7. Караван из Сягуаня в Лицзян. Начальник каравана (на фото) только что доставил багаж автора во двор его дома.

8. На улицах Лицзяна. Лама делает покупки.

9. А Гуа, одна из лицзянских девушек-паньцзиньмэй в повседневном национальном костюме.

10. Тибетец покупает посуду в лавке г-жи Ян под аркой.

11. Лицзянская рыночная площадь. А Фоу-ся, дочь г-жи Ян, продает за отдельным прилавком пирожки и сигареты. Лавка г-жи Ян – напротив.

12. Тибетец на лицзянском рынке.

13. Тибетская женщина из Сянчэна на рыночной площади Лицзяна.

14. Лицзянский парк.

15. Река Янцзы возле медедобывающего кооператива.

16. Река Янцзы у входа в глубокое (3 км) ущелье Ацанко. Дорога через ущелье пролегает по левому берегу.

17. Монастырь Юйфэнцзе (Шангри-Мупо-гомпа). Танец лам.

18. Монастырь Юйфэнцзе Шангри-Мупо-гомпа). Священный оркестр, под аккомпанемент которого танцуют ламы.

19. Монастырь Юйфэнцзе.

20. Монастырь Юйфэнцзе. Почтенный лама.

21. Шангри-Мупо. Старшие ламы и управляющий (справа).

22. Муж и внук г-жи Ли перед могилой предков.

23. Друг автора Ухань с новорожденным сыном, женой и старушкой-матерью – все в национальных костюмах.

24. Пожилые крестьяне-наси в национальных костюмах.

25. Тибетцы народности кампа гуляют по Главной улице Лицзяна.

26. Скорняжно-обувной кооператив в Лицзяне.

27. Шерстопрядильный кооператив.

28. Вид из горного монастыря на Лицзянскую долину и деревню Шуво.

29. Тропа в ущелье Ацанко,т по которому протекает Янцзы.

Современная карта округа Лицзян провинции Юньнань.

Перейти на страницу:

Похожие книги

След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
Мао Цзэдун
Мао Цзэдун

Мао Цзэдун — одна из самых противоречивых фигур в РјРёСЂРѕРІРѕР№ истории. Философ, знаток Конфуция, РїРѕСЌС', чьи стихи поражают СЃРІРѕРёРј изяществом, — и в то же время человек, с легкостью капризного монарха распоряжавшийся судьбами целых народов. Гедонист, тонкий интеллектуал — и политик, на совести которого кошмар «культурной революции».Мао Цзэдуна до СЃРёС… пор считают возвышенным гением и мрачным злодеем, пламенным революционером и косным догматиком. Кем же РІСЃРµ-таки был этот человек? Как жил? Как действовал? Что чувствовал?Р'С‹ слышали о знаменитом цитатнике, сделавшем «товарища Мао» властителем СѓРјРѕРІ миллионов людей во всем мире?Вам что-РЅРёР±СѓРґСЊ известно о тайных интригах и преступлениях великого Председателя?Тогда эта книга — для вас. Потому что и поклонники, и противники должны прежде всего Р—НАТЬ своего РЈР§Р

Борис Вадимович Соколов , Филип Шорт , Александр Вадимович Панцов , Александр Панцов

Биографии и Мемуары / Документальное
Олег Табаков
Олег Табаков

Олег Павлович Табаков (1935–2018) создал в театре и кино целую галерею ярких и запоминающихся образов, любимых, без преувеличения, всеми зрителями нашей страны. Не менее важной для российской культуры была его работа на посту руководителя таких знаменитых театров, как МХАТ — МХТ им. А. П. Чехова, «Современник» и созданный им театр-студия «Табакерка». Актер и режиссер, педагог и общественный деятель, Табаков был также блестящим рассказчиком, автором нескольких книг, мудрым и тонко чувствующим мастером своего дела. О перипетиях его жизни и творчества рассказывает книга театроведа Лидии Боговой, дополненная редкими фотографиями из архива Табакова и его впервые издаваемыми «заветками» — размышлениями об актерском мастерстве.

Федор Ибатович Раззаков , Лидия Алексеевна Богова , Федор Раззаков

Биографии и Мемуары / Театр / Современная русская и зарубежная проза