Читаем Забытое полностью

«Убей!» – взревели Тени, заворачиваясь вокруг меня смерчем. Над головой загрохотало, и белая шипастая молния разорвала небо пополам.

Я упал с крыши, устремляясь к легионерам. Приземлился недалеко от солдат, увидел изумленный взгляд Эйсона, брошенный на мои крылья.

– Не нападать, – велел я, выступая вперед.

Чудовища перед нами тоже выстроились линией, угрожающе порыкивая и шумно втягивая воздух. И тут их ряды раздвинулись, пропуская человека. Рыжий узурпатор с ухмылкой провернул в руках серповидные мечи.

И увидел меня.

Насмешка исчезла с его лица, и оно исказилось от ненависти. Ненависти и… какого-то болезненного понимания.

– Вон оно как…А ты живучий, февр, – протянул ублюдок, сплюнув на снег. – Надоело тебя убивать. Ну ладно, сегодня сдохнешь окончательно.

Чудовища завыли-зарычали. И оборвали рык тоже одновременно, словно получив невидимый сигнал. Отхлынули назад, освобождая место для битвы.

Я вытащил из-за спины идары. Глянул на мрачного Ринга, приказывая не лезть. Этот счет я закрою сам.

– Тебе лучше обернуться, эфрим, – негромко сказал я, делая первый шаг навстречу. Теплые рукояти идаров мягко светились в ладонях.

– Я тебя и без когтей прикончу, февр! – по-звериному оскалился рыжий. Сжал свои мечи.

Я молча сделал второй шаг.

«Отдай нам!» – взвыли рядом со мной Тени. Я отбросил их рывком, да так, что одни клочья остались. Злая горячая радость обожгла вены.

Наконец-то.

* * *

– Что смешного? – нахмурился Киар.

Пристально осмотрел башню, отыскивая подвох. Но Айрон выглядел совершенно неопасным, несмотря на клинок в руках. Вот только слишком самодовольное лицо было у ренегата! Слишком уверенное!

Киар прищурился и шагнул к отступнику.

– Отойди от установки, Айрон! И если ты надеешься, что я не сумею с ней справиться, то сильно заблуждаешься.

– А с этим ты справишься, лорд Аскелан? – улыбнулся Айрон. И указал кончиком клинка на окно. – Посмотри вниз. Посмотри, я отойду.

Не спуская глаз с ренегата, Киар сделал несколько шагов к арочному окну. За ним выл ветер, бушевала буря. A внизу… внизу сидела на снегу Рейна. Связанная и злая до бешенства в алых глазах. Она билась пойманной птицей, но толстые веревки надежно спеленали тонкое тело, завернутое в плащ. Рядом стоял один из незаметных прислужников из Вестхольда. Еще один предатель!

Киар ощутимо скрипнул зубами. Его ярость взметнулась, призывая силу второго рубина, кровь снова закипела. Белая снеговерть внизу оскалилась и приняла форму свирепой снежной волчицы. Она зарычала бурей, и звук ударил по каменным сводам башни. Потом пригнула голову для прыжка, не спуская белых глаз с отступника и его пленницы. Ренегат рядом с Ρейной заорал и с силой дернул веревку на шее девушки. Рейна захрипела, даже с высоты башни Киар услышал этот звук.

– Убери Вьюгу, Киар! – крикнул Айрон.

Ветер откинул его в сторону, ветер ожил. И тоже оскалился. Север пришел в башню. Холод пополз ледяной коркой – от Киара и во все стороны, угрожая сожрать все живое.

– Убери! – уже со страхом повторил Айрон, отступая в угол. – Ты ведь не хочешь потерять сестру? Киар!

Бесцветный лорд снова посмотрел вниз. Там рычала снежная волчица – Вьюга. Она могла разорвать ренегата. Разодрать на клочки!

«Сестра делает тебя слабой», – вспомнил Киар слова своего короля.

* * *

«Надо успеть. Ты совсем рядом», – сказал кто-то в моей голове.

Я осмотрелась. Справа возвышалась стена здания, слева тянулись по склонам каскадные сады. Высокие белые деревья сада тонули в сером тумане. Капли росы стекали по широким листьям.

Я снова стояла на улице мёртвого города. Я уснула? Странно. Кажется, я только что сидела на кухне и говорила Мелании, что воздух пахнет бурей… Когда я успела уснуть?

Может, задремала, съев тарелку горячего супа и ломоть хлеба? Удивительно, но я осознавала себя в этом сне и понимала, что все это лишь очередная греза. И все же она была так реальна.

Я снова шла одна, влекомая вперед неведомой силой.

«Это город Туманных Садов, древних знаний и заклинателей. Здесь стеклянные цветы элтхис поют свои песни, а Серебряный водопад Ахмаир низвергает свои воды в Плакучее море. Здесь на главной площади возвышаются статуи из розового и черного мрамора. Тринадцать Двуединых, тринадцать Первых! Крылатая Дева, Мечедержец, Гривоносный, Неуловимый…

Это начало. Это Эфистоль.

Посмотри же!»

Еще несколько шагов вперед. Туман плывет, изменяясь и складываясь в замысловатые фигуры. Я вижу краешек огромной скульптуры – распахнутые птичьи крылья и тонкое женское тело, вижу каменный меч, занесенный для удара у другого изваяния. Вижу черный силуэт с хвостом и рогами…

Тринадцать статуй стоят по кругу. Они выше меня в несколько раз – огромные настолько, что кружится голова. Двуединые…

От каждого по белым мраморным плитам тянется к центру красная линия. А там, где они сходятся кругом, заворачиваются символы. Глифы мертвого языка…

«Эфистоль, – сказал голос в моей голове. – Изначальное творение. Память…»

Еще один шаг – и я опустилась на колени на сплетение красных нитей. Коснулась их кончиками пальцев.

И поняла.

– Вивьен!