Читаем Забытая ночь полностью

- Без проблем. - он расслабленно пожимает плечами и бросает насмешливый взгляд в мою сторону. - Киса, ты вспомни того, кто тебе воду наливал на баре. - поднимаясь с кресла и подмигивая, бросил мужчина, а затем направился к выходу из номера. 

Воду? У бара? 

Безумная догадка лишает меня возможности двигаться. Гипнотизирую медленно закрывающуюся дверь и не нахожу сил, чтобы сделать вздох. 

Тот бармен... Знакомый Ники... Дима... 

Он и есть тот мужчина? Как получилось, что все настолько сильно запуталось? Он знает о смерти Вероники. Он - друг Демьяна. Но Власов... Он не знает о том, что его человек ведет двойную игру, манипулируя и вводя в заблуждение? 

Но этот самый человек сейчас спокойно покинул номер, зная, что я могу рассказать... Он не переживает из-за этого или... У Дмитрия есть запасной план? 

- Помнишь, я говорила о том, что второй и последний поход в Бархат чуть не лишил меня жизни? 

Я наблюдаю за молчаливым мужчиной, который направился к панорамному окну, держа руки в карманах: резкие, размашистые движения и полное игнорирование меня. Он считает меня шлюхой? 

- Ника кое-что забрала у Тохи, как его тогда звали другие... Люди. Она не отдала эту вещь, насколько я знаю, и поплатилась за это... 

Каждое слово даётся мне с большим трудом, приходится каждый раз сглатывать комок тошноты и со всей силы впиваться ногтями в ладони. Только боль помогает мне сохранять хоть какое-то самообладание. 

- Что было дальше, Аня? - холодно, отстраненно спрашивает мужчина, расматривая городскую суету за окном. 

Последние дни лета в этом году выдались очень теплыми, я бы с радостью сейчас наслаждалась этими моментами, но... 

- Я боялась, что может что-то случится, поэтому и пошла с ней в то место. Она буквально впихнула меня в руки бармену, которого звали Димой и в миг затерялась среди толпы отдыхающих. 

При упоминании имени бармена Демьян заметно дернулся. Я попала в точку. Бармен и есть этот козел Дмитрий. Но тогда он был добр ко мне, почему сейчас столько презрения? 

- По моим ощущениям прошло чуть больше часа, когда ко мне приставили нож и заставили пойти в сторону служебных помещений. Я точно не уверена, правильно ли ощущала время... Тот вечер... Я не все помню из-за того, что находилась под действием какого-то препарата. - судорожно вздыхаю, вытирая очередную слезу с бедра и роняю голову на колени. - Было очень страшно. Их было четверо, вроде... А Ника... Она была без сознания, когда меня привели к Тохе. Помню, как меня держало несколько человек, а еще один что-то вкалывал. 

"Ей надо расслабиться" - от этой фразы меня до сих пор колотит так, что все слова мигом пропадают из головы. Прошло столько времени... Я буду вечность помнить эти слова? 

- Ты же видел у меня на спине шрамы, да? - я шмыгаю носом и усмехаюсь своим мыслям. - Конечно же видел. Это мне подарил один из них. По началу я не чувствовала боли. Было только безразличие к происходящему и стойкий запах гари. Это горела моя кожа. Он резал, прижигал и снова резал. Мне тогда казалось, что это последние минуты моей жизни. - он так ничего и не скажет, да? - Я отключалась, приходила в сознание, в меня запихивали какие-то таблетки и я снова впадала в состоянии транса. 

- Дальше. 

Конечно... Власов нуждается в информации о своей драгоценной сестричке, а не в моих соплях. 

- На какой-то миг я увидела Веронику... Она лежала все в той же позе, как и тогда, в самом начале, на бильярдном столе и смотрела на меня глазами полными слёз и страха. Она молила меня о помощи. Без слов или каких-либо жестов... Все было в глазах. Я все поняла тогда. Нам оттуда не выйти на своих двух. Твоя сестра, Демьян, была вся в порезах, гематомах, ссадинах, а я... Мои конечности были крепко связаны, а сзади пыхтел какой-то мужик, выворачивая мои органы наружу и наслаждаясь моими криками. Он пальцами раздирал то, что прижег Тоха и лил в вновь открытые раны раскаленный воск. Им это нравилось. Возбуждало. А потом все прекратилось. Когда я пришла в себя, то на мне было черное платье с длинными рукавами и тугой горловиной. - я усмехаюсь и поднимаю голову, рассматривая напряженную спину Власова. - Мне в очередной раз что-то вкололи и вышвырнули в общий зал, где веселился ничего не подозревающий народ. Не знаю, почему они это сделали. Меня вообще ничего не интересовало. 

Я медленно приближаюсь к мужчине и останавливаюсь в шаге от него с протянутой рукой, а потом сжимаю её в кулак и стискиваю зубы, чтобы не закричать от разрывающей меня боли. 

- Это же конец, да? - шепотом спрашиваю, даже не надеясь на его ответ. Глупый и бессмысленый вопрос, на который не стоит отвечать. 

- Что стало с Вероникой? 

- Не знаю. Когда меня вышвыривали, не было времени посмотреть по сторонам. 

Но я помню ссору между теми ублюдками. Несколько из них ругались где-то в стороне, пока меня пичкали наркотиками. Хотя, в моей голове была такая каша... Возможно, ссора всего лишь игра моего воображения.