— Хах, уснул сильно сказано, — кот сел в позу оскорблённого. — Я сейчас вам всё красочно опишу. Кхм-кхм, так… Потом вы напились до беспамятства и решили провести несколько экспериментов. Тогда проснулся этот учёный-недоучка, — он указал лапой на мага, — и предложил проверить на стойкость его новый зеркальный щит. А ты, — лапа указала на меня, — пальнула в него гигантским огнешаром, — Мерлин скосил глаза на дыру в потолке. — Тогда даже чёрт понял, что запахло жареным и свалил, а я не успел. Мне пришлось срочно тушить возгорание и отступать к последним рубежам, потому что она, — лапа переместилась на только-только оклемавшуюся Еву, — решила заплести мне косички. МНЕ! КОСИЧКИ! А вы, — осуждающий взгляд на всех нас, — поддержали её. Но, как видите, вы сами отомстили друг другу за меня. Кстати, Мирилис отпадные космы, — ядовито произнёс кот и маг тут же ощупал затылок, где располагалось около сотни небольших косичек. — А потом, совершенно нагло и беспардонно, решили устроить соревнование кто кого перепьёт. Яра вас уделала, кстати, а я поставил на неё и выиграл у вороны месторасположение клада недалеко от города. Надрил, конечно же, не участвовал. А потом вы уснули, кто где мог, а у Мирилиса, к слову, нездоровая любовь к тарелкам. И вот, вы оставили несчастного меня на грязной крыше, без энергии, в компании расстроенной поражением вороны. И теперь считайте, что я обижен. На коленях можете не ползать — сразу плашмя кланяйтесь, может, и прощу.
Мы молчали, вникая в весь масштаб трагедии.
— Ой, бедный котик, — неуверенным шагом к нему подошла Ева и почесала за ухом. — А всё-таки одна косичка есть.
— Да, пока я спасал ваши жизни от огня, ты подкралась ко мне сзади и сделала одну. Или ты думаешь, откуда у тебя тот порез на лице? — съехидничал фамильяр.
Я присмотрелась. Кстати, да. На правой скуле у девушки шёл не очень длинный диагональный след от когтя, уже успевший покрыться запёкшейся коркой крови.
— Залечить? — поинтересовался маг, расплетая косички с затылка.
— Нет, пусть будет напоминанием, что нельзя столько пить, — Ева ощупала пострадавший участок лица и продолжила чесать Мерлина за ухом.
— Как знаешь, — равнодушно произнёс маг.
Тут появился сатир пинающий слуг, тащащих большою бадью с водой, а сам притащил бронзовое зеркало.
— Вот, извольте, — он вручил зеркало гному и приказал поставить воду. — Уважаемые, кто будет платить за причинённый ущерб?
— Входит в стоимость, внесённую заранее, — буркнул гном, передавая зеркало мне и начав умываться.
— Что-то не припомню… А, да-да, вы же заплатили дополнительно! Что ж, вопросов не имею. Пожалуй, оставлю вас.
И ускакал за ширму, отделяющую кухню и жилище владельцев от остального помещения.
Я смотрела в зеркало. Ну, в принципе не так плохо, как я представляла, тем более, до этого я уже успела рассмотреть себя в воде, отражении меча и прочем. Тёмно-каштановые волосы с лёгким золотым отливом, немного резкие черты лица, тонкие губы, реально длинные уши, каждое длинной чуть меньше ширины лица.
Я пошевелила ими, прижала к голове и с гордостью подумала, что другие так точно не могут. Пышные волосы чуть ниже плеч, выбившаяся прядь, спадающая на лоб и три плетёные косички, которые сейчас были сплетены вместе на макушке. А так, две должны висеть по вискам и доходить до плеча, а третья начинается в районе макушки и свисает сзади чуть ниже шеи. Ну, про косы я и так знала. Отодвинув разбитую губу, я обратила внимание, что клыки чуть больше, чем у людей, ну, если не присматриваться, то и не заметно, правда, если знать, то в глаза будет бросаться точно.
Хоть эльфов я и видела только на потёртых иллюстрациях в книге, но даже тут была заметна большущая разница. У них ещё более тонкие черты лица, а уши хоть и заострённые, но совсем чуть больше людских. Как и говорил Анделас, если прикрыть их, то меня можно и за людку принять. Да и крылья, в конце концов, их у меня точно не было, в отличии от одного из самых многочисленных Домов эльфов.
Но сейчас я была точно не в лучшем состоянии: синяки под глазами и нездоровый блеск в них же, покрасневший белок, неровный загар и шелушащаяся после пустыни кожа, осунувшееся лицо и, в общем, мрачное выражение физиономии.
Я оттерла пятнышко со щеки и вернула зеркало вытирающемуся гному.
— Ну как? — поинтересовался он.
— Да никак. Хотя и ожидала худшего.
— Главное, что не разочаровалась, остальное детали.
Я подошла к бадье и тщательно умылась.
— Я пойду, наверно, — разобравшись с косами и причесавшись растопыренной пятернёй, сказал Мирилис. — Сами понимаете, дела.
Он вышел из шатра, махнув рукой, но через секунду шмыгнул назад.
— Там это, люди собираются, — немного нервно произнёс он. — Колья принесли, факелы. Ох, как мне это не нравится.
— Отдайте нам ведьму!.. — сразу раздались крики снаружи. — Справедливость народу!.. А то таверну подожжём, к хренам!..
— Это они за кем? — гном почесал мокрую бороду. — Агаты же тут нет, да и любят её в народе.