Читаем Заблудшая душа полностью

– Вы выгнали мою семью с богатых рудников, и мы хотим получить все обратно.

Это «мы» говорило о том, что на переговоры явился отнюдь не глава железорудного концерна, в лучшем случае кто-то из наследников.

– Старейшины услышат твое желание. Не знаю, что они ответят, но думаю, это будет «нет».

– Тогда пусть говорят метатели шаров, – разозлился нидарец.

– Пусть говорят, – равнодушно пожал печами Блод и, развернувшись, неспешно направился к стене.

Мы последовали за ним.

Вот и поговорили. И зачем, спрашивается, нужно было переться за стену? Нет, я, конечно, мог вставить пару слов, но обстановка и поведение представителей металлургов не внушали надежд на мирный исход переговоров. На их стороне была сила, и договариваться нидарцы не станут. Купцы вообще теряют всякое благоразумие, когда чувствуют за собой силу – хоть военную, хоть финансовую.

Настораживало другое – нидарец сказал «метатели ядер», а не «камнеметы». Значит, не исключено, что стену будут обстреливать железными или чугунными ядрами, а это совсем другой коленкор.

На стену нас подняли так же стремительно, как и опускали, – аж дух захватывало. Хорошо хоть никто не стрелял в спину.

– Что скажешь, имперец? – игнорируя доклад Блода, обратился ко мне главный старейшина.

– Скажу, что дело плохо. Если в ближайшее время к вам не подойдет еще столько же воинов, сколько есть сейчас, то вы проиграете эту битву.

– Воинов больше не будет, по крайней мере, не так много. Большая часть наших ушла внаем.

– Очень символично, – с легкой издевкой покосился я на Блода.

– Ты прав, чужеземец, с Яростными Сердцами получилось несправедливо, но таковы наши законы. – Взгляд старейшины стал жестче. – По этим же законам мы слушаем твои дерзкие речи, пока ты можешь нам что-то предложить.

– У меня нечего предложить, поэтому я умолкаю. Мои люди встанут на стене плечом к плечу с горцами, но только в качестве простых воинов.

– Ты пробовал договариваться с нидарцами?

– Как думаешь, может баран договориться с волком?

– Только если волк попал в силок, и то договариваться нужно очень осторожно.

– Ты мудр, старейшина, и сам должен понимать, что сейчас волк чувствует себя очень сильным.

– Что ж, будем воевать. Отправьте наш ответ этим крашеным кошкам и их хозяевам.

Что ж, с оскорбительным прозвищем я не ошибся. Один из самых здоровых воинов поднял с кучки камней уже знакомый мне снаряд – увесистый булыжник с примотанной к нему короткой веревкой. Затем здоровяк взял еще одну веревку и привязал к камню нечто похожее на кусок колбасы.

– Что это? – тихо поинтересовался я у Блода.

– Сушеное достоинства козла.

– Остроумно, – хмыкнул я, проводя аналогию с русским юмором. Правда, здесь народ изъясняется не образами, а более предметно.

Горец перехватил конструкцию за кончик каната и выполнил операцию, очень похожую на действия земного метателя молота. Два стремительных оборота – и снаряд унесся в сторону врага. Теперь стало понятно, почему вместо обычных бойниц стену венчал куцый парапет. Через такую преграду удобно было метать подобные снаряды.

Пара секунд ушла на ознакомление с «посланием», а затем масса вражеских горцев яростно взревела и хлынула в сторону стены.

Очень неплохо. Не знаю, задумывал ли это старейшина изначально, но сушеный орган поломал часть нидарских планов – горцев обуяла ярость, и они начали штурм до того, как метатели выбили хоть один камень из высокой стены.

– Приготовились! – вскричал державшийся до этого в тени горец. Добротная кольчуга и даже шлем вместо папахи говорили о том, что это был кто-то из военных вождей, возможно, даже самый главный.

– Карн, займите часть стены, – приказал я. – И держитесь подальше от этих спортсменов.

– Кого?

– Не суйся под камни, – перевел Шип и шагнул за мной к внутренней части башни. Тратить иглы на этот штурм было глупо, а без арбалетов нам на передовой делать нечего.

Пока мы перестраивались, старейшины шустро покинули стену, но нам было уже не до них.

– Приготовить иглометы. Сбиваем только тех, кто залезет на стену.

«Ящеры» молча передвинули шестиствольники в более удобное положение.

Масса обороняющих башню горцев разделилась на неравные части – большинство взялись за «хвостатые» камни, а меньшинство за луки. Оно и понятно – булыжник с веревкой может смастерить самый криворукий горец, а луки, в особенности стрелы с металлическими наконечниками, стоят немалых денег. Тем более что булыжники в руках горцев вряд ли менее эффективны, чем стрелы.

Воздух загудел от раскручивающихся камней, и в сторону атакующей лавы понеслись точки снарядов, казалось, не наносившие врагам никакого урона. Но урон наверняка был, и немалый. Уж я-то помню, как горцы этими снарядами свели на нет все преимущества «непробиваемой» «чешуи».

Посмотрев по сторонам, я увидел, что подобная картина наблюдается по всей протяженности стены. Только там лучников было еще меньше.