Читаем Забавы Палача полностью

— Ненавижу сюрпризы, — ответил Андреас. Ноубл сообщил об увиденном Фицдуэйну по переговорному устройству. Отложив его в сторону, он сделал несколько одиночных выстрелов в направлении цепи террористов. Андреас наблюдал, как они бросились на землю и тут же поднялись, когда поняли, что никто из них не был задет и что противник слаб.

Позади них, у центральной башни, раздался мощный взрыв. Они оба посмотрели на переговорник, он молчал. Ноубл дотянулся до него и собирался нажать на кнопку вызова, когда послышался голос Фицдуэйна.

— Расслабьтесь, — сказал он. — Это Медведь шалит. А теперь займитесь воротами.

Андреас обменялся взглядом с Ноублом:

— Удастся им то, что они собираются сделать?

— Пожалуй, что да, — ответил Ноубл. — Фицдуэйн хочет, чтобы мы открыли ворота.

Ноубл не был уверен, исправен ли еще двигатель или им придется крутить лебедку вручную. Он дернул за рычаг. Старый мотор загудел, и шипы порткулис начали приподниматься над поверхностью земли.

— Сумасшествие, — сказал Андреас. — Они проникнут внутрь.

— Я думаю, что в этом-то и вся идея, — ответил Ноубл. Андреас почувствовал, что у него на лбу выступил пот. Он услышал, как Ноубл вставил свежую обойму в “узи” и щелчок, когда она встала на место. Ноубл указал на гранатомет “хок” и патронташ с гранатами 40-го калибра.

— Приготовь бронебойные снаряды, — произнес он.

Орудийная площадка центральной башни представляла собой лучший обзорный пункт в замке. Само по себе это было очень хорошо, но ее было видно издалека, и она могла вызвать нежелательный интерес.

Фицдуэйна беспокоил не только возможный огонь по ней, но и само ее устройство. Верхняя часть башни представляла собой площадку внутри зубчатого парапета, который мог принять на себя взрывную волну. Не составляло труда разрушить площадку парой залпов из миномета или даже несколькими гранатами.

Один из студентов, оценивая избранную Фицдуэйном тактику, заметил, что фамильным гербом Фицдуэйнов, видимо, служил девиз “окапывайся и живи” на фоне скрещенных пики и лопаты между мешками, набитых влажным песком. На площадку втащили таль и начали поднимать туда мешки с песком, кирпичом и гофрированным железом. В результате получился блиндаж времен первой мировой войны. Крыша должна была быть противоминометной — во всяком случае, на первые несколько взрывов (за это время обитатели блиндажа, если у них, конечно, была голова на плечах, должны были успеть покинуть его и спуститься этажом ниже). Как показали дальнейшие события, крыша выполнила свою задачу.

Пилотами дирижаблей были два брата, Хусейн и Мохсен, оба иранцы и последователи учения Хасана Сабаха, основателя персидской секты Ассасинов в одиннадцатом веке. Изначальная вера братьев в убийство как лучшее средство достижения политических целей укреплялась и сознанием того, что из этого занятия можно еще извлечь определенную выгоду. После того как израильтяне разгромили их группировку, причем уцелеть удалось только им двоим, они еще более утвердились в своем убеждении. Но они все равно оставались яростными фанатиками, а может, были просто тупицами, так, во всяком случае, считал Кадар, и всегда были готовы действовать как камикадзе.

Снимки и планы основных зданий замка Фицдуэйна удалось найти в библиотеке Дракер-колледжа, поэтому братья знали, что располагается внизу. По плану первый дирижабль, управляемый Хусейном, должен был сбросить разрывную мину на орудийную площадку главной башни, а дирижабль Мохсена — на крытую шифером крышу центрального зала. Затем оба пилота через дыры от взрывов разрывных мин сбросят туда зажигательные бомбы и подожгут верхний этаж здания — в одном из путеводителей было уделено особое внимание “резным дубовым балкам замка, изготовленным в начале нашего тысячелетия”, — и превратят его в выжженную территорию. После этого пилоты отключат двигатели и на парашютах спустятся на орудийную площадку, а подкрепление поднимется по натянутым веревкам.

По расчету Кадара, атака с помощью дирижаблей должна была занять не более девяноста секунд. Чтобы подтвердить правильность выполненного расчета, они провели репетицию на псевдоготической башне в Дракер-колледже. Используя макеты бомб, и при дневном свете, братья совершили первую попытку за девяносто четыре секунды, при этом при спуске они вели автоматический огонь по площадке. Еще немного потренировавшись, они добились того, что промежуток времени сократился до девяноста секунд.

Намеченный план не был осуществлен, за исключением того, что братья отправились по той же дорожке, что и остальные последователи учения Хасана Сабаха. Все они погибли во имя идеи. Но надо признать, что они были близки к цели.

Никто не ожидал появления дирижаблей. Шум их двигателей не был слышен в общем шуме, и Хусейн уже завис незамеченным и приготовился сбросить свою разрывную мину — корпус, в котором находилась пластиковая взрывчатка, шрапнель и предохранитель трехсекундного действия — прямо в цель. К несчастью, свет от затемненной наполовину луны делал видимость нечеткой, и он не разглядел блиндаж, сооруженный на площадке.