Читаем Забавы Палача полностью

Килмара сидел в своем кабинете и в очередной раз просматривал план расположения посольства США. Чем больше он углублялся в его подробности, тем тоскливее становилось у него на душе.

Посольство было построено в те времена, когда самый гневный протест выражался в форме пары тухлых яиц, брошенных в машину посла. Казалось, что все было сделано с целью облегчения задачи террористам. Фасад трехэтажного круглого строения был выполнен из стекла и бетона. Офисы размещались по периметру на каждом этаже. Все коридоры веером выходили на центральную ротонду. К тому же посольство находилось на пересечении двух дорог, и окна всех домов выходили на посольство. Полосатый столб был установлен у короткой заасфальтированной дорожки, по которой можно было подъехать к зданию на машине.

Да, террористам не нужно было ломать голову, как добраться до посольства. Место было настолько уязвимо, что нападать на него было просто неинтересно, ибо не предвиделось каких-либо серьезных препятствий. Даже канализационные коллекторы — хотя Килмара сомневался, что кто-нибудь из террористов решит воспользоваться коллектором, ведь у них было широкое поле для выбора более гигиеничных вариантов, — и те не были ограждены.

Килмара раздраженно закрыл папку. Блокировать место пересечения двух дорог было невозможно, так как одна из них служила пропускной магистралью в южную часть Дублина. Окружил” посольство армейским батальоном — слишком дорого, учитывая финансовое положение страны. Как ни крути, но противостоять даже небольшой бригаде хорошо вооруженных террористов было невозможно. А если речь идет о семидесяти террористах, то его шансы вообще смехотворны.

Если и можно на что надеяться, то только на везение. Вздохнув, он опять открыл папку. Может, не зря говорят — будешь упорно трудиться, тебе улыбнется удача. Он задумался: а сохранится ли смысл, если поменять местами слова, и отрицательно покачал головой.

В этой ситуации наихудшее: первое, он обязан подчиняться приказам; второе, из его шестидесяти рейнджеров примерно треть задействована на охране посольства, а с учетом того, что они меняются три раза в сутки, охраняет посольство фактически вся бригада; третье, они занимались совсем не тем, чем должны были бы заниматься рейнджеры, — сидели и ждали, когда на них нападут, а они представляют собой силы быстрого развертывания и призваны брать инициативу в свои руки; четвертое, теперь у них сильно урезано время на тренировки (рейнджеры практиковались в стрельбе по нескольку часов в день как минимум три дня в неделю, а иногда и чаще); пятое, он тратил свое драгоценное время на эту операцию; шестое, одному Богу известно, что может произойти, пока они связаны здесь по рукам и ногам.

Тупик.

Фицдуэйн провел еще одну ночь в доме Килмары и отправился к себе на следующий день. Он чувствовал себя ожившим после ночи, проведенной в любовных утехах, и последовавшего за этим глубокого сна.

Килмара позвонил и сказал, что не приедет ночевать и что парочка может располагать его домом по своему усмотрению.

— Парочка? — переспросил Фицдуэйн, который в это время ласкал грудь Итен.

— Извини, — сухо сказал Килмара. Фицдуэйн расхохотался:

— Мы решили пожениться.

— Давно пора, — ответил Килмара. — Я должен идти. Он перезвонил через пару минут:

— Не забудь, о чем я тебе говорил, — сказал он, — а то влюбленным свойственна забывчивость.

— Не забуду, — заверил Фицдуэйн.

— Надеюсь. Когда приедешь домой, свяжись со мной по рации. Подача сигнала производится автоматически. Тебя не смогут подслушать.

Фицдуэйн задумчиво положил трубку. Итен коснулась языком его члена.

— Приготовься, — сказал она. Он послушался.

Геркулесовы Столбы — более известные как Гибралтарский пролив — представляют собой классический морской пропускной пункт у Гибралтара.

Гибралтар, если не брать в расчет его немного сумасшедшее двадцативосьмитысячное население, живущее на территории размером с большую автостоянку, состоит из систем наблюдения, боевой техники, гор, военнослужащих и обезьян.

Несмотря на такую концентрацию шпионов, жителей, обезьян и техники, проход через Гибралтарский пролив итальянского грузового судна “Сабина”, которое направлялось из Ливии в Ирландию, чтобы взять на борт партию крупного рогатого скота для ритуального убоя по возвращении в Триполи, не привлек особого внимания.

Поставки скота из Ирландии в Ливию осуществлялись давно, и в этом не было ничего особенного. “Сабина” выглядела как обычное грузовое судно. Единственное, что могло бы привлечь внимание, так это то, что “Сабина” не стала заправляться в Гибралтаре. Видимо, владелец судна учел ставшую притчей во язьщсх нерасторопность местных властей в Ливии и заправился в Триполи (к такой мере опытные мореплаватели прибегают только в крайних случаях).

Если бы кто-нибудь решил поинтересоваться, почему они поступили подобным образом, ему бы ответили, пожав плечами, что это было сделано по предварительной договоренности и при этом потерли бы большим пальцем об указательный. Такой ответ был бы признан удовлетворительным.