Читаем Забавы агрессоров полностью

К сожалению, большинство деловых людей – несусветные неряхи и грязнули, не убирающие за собой после завершения дел. Хозяин оптовой фирмы, которой принадлежал склад, не был исключением из этого горького правила. Как только Дарк переступил порог заброшенной подсобки, его нос был парализован омерзительными запахами гниющего мяса, разлагающихся овощей и обильных запасов человеческих испражнений. Бедные вампиры. Теперь моррон понял, почему, сидя в соседнем помещении, обе девицы и деликатный Фил с отвращением морщили чувствительные носы. Затащил бы их сюда Мартин, они непременно опорожнили бы пустые желудки. У него самого в животе уже что-то урчало и пыталось подняться наверх.

Гентар зашел следом и, как назло, плотно закрыл за собой дверь. Страдающие насморком не заботятся о здоровье окружающих.

– Рассказывай! – тут же потребовал маг, даже не удосужившись проинформировать соратника о подробностях своего неожиданного появления в Варкане.

– А я по наивности думал, что первым начнешь ты, – усмехнулся Дарк, насторожившийся из-за плотно сжатых губ собеседника и нездорового блеска его слегка прищуренных глаз.

– Похищение Миранды – не повод связаться с вампирами и уж тем более посвящать их в наши планы, – высказал недовольство Мартин. – Ты поставил под угрозу операцию, пустил псу под хвост все наши усилия! Идиот!

– Наши?! – искренне удивился Дарк. – Странно слышать подобное из уст того, кто так и не переправил в Варкану оружие, да и пополнять банковский счет частенько забывал. Мартин, ты слишком много рассуждаешь и редко появляешься на передовой, так что позволь мне судить, что правильно, а что нет, когда над головой свистят пули. Козлобородый кретин!

Аламез с удовольствием принял правила новой игры, игры в конспирацию. Пусть вампиры за стенкой злорадствуют, радуясь размолвке между морронами, пусть удивляется дежурившая у входа Диана, ей можно потом все объяснить, главное, чтобы суть разговора не дошла до посторонних ушей. Союзник – категория непостоянная, временная. Кто любит играть в политику, подтвердит.

– Ты легкомыслен, как мальчишка, это ловушка, – настаивал на своей точке зрения Гентар. – Вампирам нельзя доверять. Ложа давно искала союза с шаконьесским отребьем, а ты предоставил им отличную возможность выслужиться перед Дором. Перерезать глотки нескольким десяткам своих сородичей – слишком маленькая цена, чтобы втереться к нам в доверие и сообщать о каждом нашем ходе врагу...

– Не сгущай краски, старина, это отщепенцы вампирского рода, они всего лишь пытаются выжить, но не хотят прозябать в вечном рабстве у Лордов. Они такие же несчастные изгои, как и мы, разжеванные и выплюнутые системой, их не интересует политика.

– Вампир всегда останется вампиром, хитрым, двуличным существом с весьма расплывчатыми представлениями о долге и чести. Даже если они сейчас и не заодно с Дором, то предадут в любой момент. Огюстину стоит лишь поманить пальцем, и они...

– Нас слишком мало для великих дел, нам нужны союзники, – привел новый, весомый, с его точки зрения, аргумент Аламез, – а больше нам не на кого рассчитывать, не в Легион же за помощью обращаться.

– Нет, это невозможно, – быстро затряс треугольной головой, лишившейся основного украшения, бороды, маг. – Во-первых, нам не поверят, во-вторых, тут же схватят и призовут к ответу за якобы совершенные преступления...

– ...а в-третьих, нельзя исключить возможность того, что торгаш Дор прикупил и кого-то из членов Совета, – продолжил за собеседника Дарк. – Вот видишь, кроме представителей вампирского люмпен-сообщества нам и обратиться-то не к кому!

– Нам может помочь Самбина.

При упоминании об одном из могущественных Лордов-вампиров Аламез не выдержал и просто зашелся в приступе смеха.

– Прекрати истерику, – недовольно поморщился маг. – Самбина не ангел, но вполне разумный и вменяемый собеседник, ее слову можно верить...

– Это ты прекрати, выживший из ума добрячок! Уж если вампиры и заодно с шаконьесами, то твоя спесивая графинька в первых рядах интриганов.

– Ты ошибаешься, – обиженно просопел маг, – ты слишком юн и наивен, чтобы судить о серьезных вещах. Все, что ты умеешь, это крушить черепа, так и занимайся любимым делом, а работать головой позволь мне!

– Мартин, мы сейчас похожи на двух выживших из ума человеческих старикашек, пытающихся выяснить, кто мудрее. Когда девяностолетний беззубик обзывает восьмидесятилетнего сопливым мальчишкой, это очень смешно и в то же время неописуемо глупо.

– Глупо не глупо, но что-то в этом есть, – парировал маг, не забыв выкрикнуть, на радость прислушивающимся, длинную нецензурную фразу в адрес более сдержанного в выражениях Аламеза.

– А тебя не настораживает, что твоя давняя знакомая прекрасно осведомлена, где мы и чем занимаемся? Ты же сам мне в машине все уши прожужжал, что Миранда не порвала связи с бывшей хозяйкой!