Читаем За три войны до… полностью

— Отсюда мы перейдём к вопросу частной собственности на средства производства в коммунизме товарища Любимова, — не смутившись, продолжил я своё выступление. — Действительно, как же так? Коммунизм на дворе, а товарищ Любимов пишет про частный семейный, к тому же, грузинский, ресторанчик! Это ни в какие ворота не лезет! Товарищи, а вы заметили, что в своём выступлении я чрезвычайно редко использую слово «социализм»? Почему я это делаю, ведь сейчас-то мы живём в социалистическом обществе? Чем же оно характерно, в первую очередь? Тем, что выполняется марксистский принцип «от каждого по способности — каждому по труду»! Но давайте обратимся к нашей истории и посмотрим, вдруг у нас когда-нибудь уже был социализм? Вот, пожалуйста, Московское царство эпохи Ивана Грозного. Феодализм на дворе. Но при этом крестьяне, без разницы, живущие на феодальных землях или на государевых, от каждого десятка дворов выставляют одного бойца в войско, вернее содержат, вооружают бойца. Боец, в свою очередь, защищает государство от угроз как внешних, так и внутренних, расплачиваясь за корм своей кровью и самой жизнью. Стать бойцом, дворянином или стрельцом, не слишком сложно. Чувствуешь в себе силы сражаться — добро пожаловать под знамёна. Хочешь землю пахать, чтоб при этом тебя защищали — будь добр, содержи бойца, который это будет делать. Зато плоды твоего крестьянского труда никто не разграбит, семью в плен не угонит. Как видим, в данном случае социалистический принцип «от каждого по способности — каждому по труду» соблюдается. Выходит, при Иване Грозном у нас уже был феодальный социализм! Взглянем на эпоху Петра Первого и увидим практически ту же картину. Да при Петре крестьяне уже были закрепощены, чего не было при Иване, да царях существовали прослойки купцов и кабальников, но в большом, в главном Русь, Россия, была социалистическим государством! И продолжала им оставаться ещё при Екатерине Второй, несмотря на то, что дурак Пётр Третий издал закон «О вольности дворянской», дав старт оподлению и разложению этого сословия. При Екатерине дворяне служили в армии, если безграмотны — то и рядовыми, просто по сложившемуся обычаю. Нетрудно заметить, что всегда, пока наше государство было социалистическим, оно было успешным, динамично развивающимся. Несмотря даже на феодальный общественный строй. Отсюда я делаю вывод, что форма собственности не важна. Какая разница, частная она или государственная, если мы в состоянии обеспечить выполнение социалистического принципа «от каждого по способности — каждому по труду»? Да сейчас у нас в СССР собственность только государственная или кооперативная. Но это только потому, что на данном историческом этапе мы не можем, не имеем технической основы, чтобы обеспечить выполнение социалистических принципов иным путём.