Читаем За строкой приговора… полностью

«Мною, старшим следователем при прокуроре области Н.Н.Фроловым, закончено расследование уголовного дела Э 57, возбуждённое по факту преступных злоупотреблений в межрайонной конторе по заготовке скота. Привлечённые в качестве обвиняемых бывший управляющий конторой Ямпольский Г.П., старший бухгалтер Петренко В.М. и другие за последние два года расхитили государственные денежные средства на общую сумму 87 тысяч рублей.

Указанные лица присваивали деньги путём выписки фиктивных квитанций на скот, который не сдавался…

Совершению злоупотреблений способствовали следующие обстоятельства…

Прошу:

1. Принять меры к устранению указанных недостатков в бухгалтерском учёте…

2. Упорядочить хранение и учёт бланков строгой отчётности.

3. Рассмотреть вопрос о подборе кадров ревизионного аппарата…»

«…Мною, следователем по особо важным делам при прокуроре республики Н.Н.Фроловым, закончено расследование по уголовному делу Э…

Установлено, что убийство Б.Ц.Авдеева произошло при следующих обстоятельствах…

Преступлению способствовало…

В соответствии со статьёй 140 Уголовно-процессуального кодекса прошу не позднее месячного срока обсудить настоящее представление и о принятых мерах мне сообщить».

К каждому представлению приложены документы – выписки из актов экспертиз, протоколов.

– А вот это – записи показаний обвиняемых, – говорит Николай Николаевич. – В процессе следствия я часто слышу любопытные признания. Не все в них, конечно, следует принимать за чистую монету: ведь каждый преступник, вольно или невольно, пытается обелить себя, свалить вину на других, отыскать причину своего падения в объективных обстоятельствах, в поведении окружающих, в обстановке. Но полностью игнорировать подобные исповеди тоже нельзя. Кое-что из них легло в основу тех документов, которые я направлял в различные организации для устранения условий, способствовавших преступлению. Возьмите, например, вот эти стенограммы. Два монолога в кабинете следователя… Разве они не дают некоторого представления о психологических пружинах преступления, об обстановке, которая ему благоприятствовала, об условиях, способствовавших падению? Мне кажется, что эти стенограммы способны заинтересовать не только криминалиста, но и социолога, писателя – любого человека, стремящегося разобраться в жизненных ситуациях, послуживших толчком к преступлению, в сложном переплетении мотивов, причин, следствий.

Прочитав предложенные нам стенограммы, мы не могли не согласиться с Николаем Николаевичем. Да, они заслуживают того, чтобы их здесь привести.

Итак, две исповеди, два монолога в кабинете следователя.

Вот вы говорите: факты – вещь упрямая, с ними не поспоришь. А я и не спорю. Отспорилась… И все же факты что руль: их и налево можно повернуть, и направо. Все от шофёра зависит, на то он и шофёр.

Верьте не верьте, а глупо все получилось. Ведь когда меня из колонии выпустили, не думала, что по-новой пойду. И когда на завод нанималась, с открытой душой шла. Очень я тогда боялась, что меня на работу в бухгалтерию не возьмут. Сами знаете, инструкции всякие, то да се. А прочла приказ о зачислении – чуть в присядку не пошла, так обрадовалась.

Оклад мне тогда восемьдесят рублей определили, да ещё премии за перевыполнение плана. Легко на сердце: петь не будешь, а жить можно. И питаться, и одеваться, и детишек в порядке держать – все можно. А мне большего и не требовалось. «Не прогадали, думаю, что доверились мне. Жалеть не будете, вся на работе выложусь, без остатка». Смешно, верно? А между тем так оно и было. Работала я первое время так, что сама себе удивлялась. Все завалы расчистила, раньше восьми-девяти вечера домой не возвращалась. Потому мне и обидно было, что другие халтурят. Ну, кто другие? Главный бухгалтер Самаев Пётр Петрович, начальник финансового отдела Буринский, заведующая сектором сводного баланса Ольга Юрьевна… Лишь бы гудка дождаться, а там трава не расти. Да что я вам говорю? Сами, небось, не хуже меня знаете… Нет, я об этом не молчала. И на собрании профсоюзном об этом говорила, и Петру Петровичу с глазу на глаз. А толку? Правда, профгрупорг за критику меня поблагодарил, а Пётр Петрович на собрании покаянную речь произнёс. Дескать, к голосу масс надо прислушиваться, а критику снизу учитывать. В общем, много чего говорил, а потом вызвал меня к себе в кабинет и по мозгам дал. «Ты брось, говорит, руководство подсиживать. Мы тебя пожалели, взяли, а ты вместо благодарности нагадить норовишь. Бухгалтерия не завком, тут за длинный язык грамот не дают. Так что лучше помалкивай».

Что я ему могла ответить? Спасибо за науку, учту. А сама думаю: «Ты меня проучил, а я тебя почище проучу. Так проучу, что на пенсию выйдешь, а вспоминать будешь».