Читаем За стеной полностью

Мы тихо и быстро перебрались через свои и чужие грядки к ограде.

— Помогай, — велела я, пытаясь отодвинуть заранее подпиленные доски. Лерка помогать не спешила, только вздыхала.

— Ну что еще?

— Боюсь я. Надо было, как все…

— «Как все»! — передразнила подругу я. Доска не поддавалась. То ли не там двигаю, то ли просто плохо подпилила… «Как все»! — Дерево, наконец, сдалось. Я протиснула в отверстие голову, плечи… бочком… бочком… Теперь ноги… Растолстела я, что ли? — Скучно! Девушка прячется в подвале собственного дома, парень прикидывается идиотом, полдня ищет ее по всей деревне, а потом «случайно» находит… Ах! Ох! Ура! Брачные танцы! Все за стол! Свадьба! Тьфу, мерзость!

— Зато теперь будет весело, — заметила Лерка, пролезая в дыру следом за мной. Честно говоря, я до последнего не верила, что она отважится на это. — Уф-ф!.. Всех девчонок найдут к обеду» а нас нет. Деревня на уши встанет.

— Не встанет, — заверила я, прилаживая доски обратно. — Серый не дурак, сообщать всем и каждому, что я сбежала, не станет, сам найдет. Так что не переживай. Лучше огонек зажги… В такой темноте тропу пропустить немудрено.

— Не пропустим, — отмахнулась она. — Сейчас еще рано для света. Ночные могут заметить.

Хоть у нас уже давно не случалось никаких инцидентов в ночное время, Старшие все равно выставляют караульных по ночам. Привычка. Мать говорит, что лучше уж так, чем потом локти кусать.

Из-за Леркнных страхов мы еще довольно долго блуждали в темноте. Ей, по-моему, нравились кусты, цепляющиеся за одежду, и коряги, норовившие схватить за ногу.

— Зажги огонек, Лерка, — раздраженно попросила я, споткнувшись об очередное невидимое препятствие. — Не могу никак понять, мы уже потерялись или еще нет…

— Ой, извини, — совершенно искренне сказала моя подруга. — Я забыла, что ты плохо видишь в темноте. Спасибо, что напомнила.

Она с силой потерла ладони друг о друга, а когда развела их, между ними заметался рыжий комочек пламени. Лера аккуратно переложила его в левую руку, чуть подула сверху. Пламя стало ярче.

— Так лучше, Дин?

— Значительно. Теперь бы тропу отыскать.

На некоторое время нас поглотила борьба с зарослями дикой малины, куда мы забрели в темноте. Победа осталась за нами, но и потери были: Лера разодрала щеку, ее огонек погас, а я где-то выронила нож. Обнаружилось это уже на тропе, но убедить меня вернуться в малинник могла только стая волков. Впрочем, волки нам не страшны. Они огня боятся, а Лерка — самый настоящий огонь, когда злится, прикосновением обжечь может, а уж если вспыхнет, никому мало не покажется.

— Эдик рассердится, — пробормотала Лерка стряхивая с себя колючки.

— Полагаю, не из-за твоих испачканных штанов?

— Не говори глупостей, тебе не идет, — огрызнулась подруга — Я выставила его на посмешище перед всей деревней. Девушка сбежала накануне ночи поколения! Где это видано!

— У нас это видано! Раньше понарошку искали, теперь пусть по-настоящему… Ты что хочешь танцевать там, со всеми?

— Нет, — категорично замотала головой Лерка Танцевать она не умела — Слушай, — она снова перешла на шепот. Громкий и трагический, как будто уже меня похоронила. — А что с тобой сделает Серый… Ой-ой…

— Я стараюсь об этом не думать, — честно призналась я.

По большому счету, виновата в собственном побеге была не я. Просто моя мать и Серый не сумели договориться. Впервые на моей памяти.

Наш поход в Город окончательно отбил в Сержике желание ждать свадебной ночи поколения. Оно, то бишь желание, и так никогда не было особенно сильным, а тут еще я своими выходками подлила масла в огонь. Только вот на этот раз моя мать почему-то решила что «все должно быть как у людей, по закону». Можно подумать, что эти самые законы придумали не мы сами.

Мамино упрямство не привело Серого в восторг. И, конечно, не остановило. Не имею понятия, какие аргументы Сержик привел Совету в пользу своего предложения, но только благодаря его заботам брачные танцы всему нашему поколению пришлось устраивать в самый разгар сезона дождей. Дождь; как и внеплановый праздник, во всей деревне не раздражал никого, кроме меня.

Единственной формой протеста, пришедшей мне в голову, был побег. По традиции в день свадьбы жених должен «найти» свою невесту. Вот пусть и поищет. Сам захотел, сам и мучайся!

Впрочем, реакцию Серого, осознавшего, что я не сижу в каком-нибудь сарае, а сбежала по-настоящему, предугадать было нетрудно. Это тебе не безобидный улыбчивый Эдик. Вряд ли мой почти родич ограничится словами: «Больше никогда так не делай».

— Убьет, наверное. Может, вернешься?

— Нет. Лучше уж я буду рядом. А то и впрямь убьет. А при мне, может, и постесняется.

В это я верила с трудом. Стеснительность была столь же чужда Серому; как, например, страх — покойнику. Но я была признательна подруге за желание помочь в трудной ситуации.

— Спасибо, Лера, я…

— Кроме того, если я останусь, Сержик вытрясет из меня правду. Мне же еще и попадет зато, что не отговорила тебя. А так, пока он будет ругаться с тобой, про меня, пожалуй, совсем забудет.

Вот вам и вся помощь.

Тем временем в ее ладонях вспыхнул новый огонек.