Читаем За гранью грехов полностью

Наплевав на странные предостерегающие знаки Вселенной, я продвигаюсь дальше, и в конечном итоге, замираю, как вкопанная.

Первое, что я вижу, когда попадаю в полукруглое пространство с одинаковыми зеркалами и туалетными раковинами — обнаженную, рельефную мужскую спину. Хорошо знакомую мне спину. Взгляд скользит ниже, по мужским ягодицам, что двигаются в рваном и постоянно набирающем обороты ритме.

Черная рубашка Дэниела валяется на полу. С тем же успехом он мог смять мое сердце и швырнуть его на мраморный пол.

Мужской и женский стон, сливающийся в унисон, пронизывает меня насквозь. Проходит через нутро, приковывая свинцовые ноги к полу.

— Мне так хорошо, так приятно. Да, Дэниел. Да! Да! Почти…еще, — толчки мужских бедер становятся глубже, четче. Жертва моего мужчины кричит, отчаянно впиваясь ногтями в его спину. Оставляет красные борозды на коже Кинга, прямо поверх моих.

У меня такое чувство, что она вгоняет свои длинные ногти не в Дэниела, а в мою душу.

— Тебе мало, детка? Разве не этого ты так хотела, Лиа? — словно ударом хлыста, бьет по нервам меня голос Дэниела.

Лиа? Лиана.

Голова начинает кружиться с удвоенной скоростью сломанной карусели. Словно сквозь пелену тумана и смога, я могу заметить, как стройные женские ноги крепче обхватывают бедра мужчины. Она буквально всем своим телом поглощает и принимает его, пока я тут задыхаюсь и ощущаю невероятную, всеобъемлющую пустоту внутри.

Можно ли считать это изменой? Мы с Дэниелом не давали никаких обещаний друг другу. То, что есть между нами — трудно назвать настоящими отношениями. Совру, если скажу, что не знала, что он трахает других женщин.

Это не значит, что он любит их или они имеют для него значение. Это значит, что он просто трахает их, и знает, что я проглочу подобное отношение — ведь я полностью от него зависима.

Во всей этой ситуации меня должен радовать тот факт, что он слишком чистоплотен, и скорее всего, навел все справки о здоровье Лианы, прежде чем спать с ней. Не сомневаюсь, что их первое свидание было в клинике, где он заставил ее сдать все необходимые анализы.

Наконец, стоны Дэниела становятся более глубокими и гортанно-сдержанными, в то время как девушка начинает содрогаться и вскрикивать на высоких нотах от получаемого удовольствия.

Представляю, Лиана. Трудно сдержаться от криков. У Дэниела офигенный и объемный член и он умеет доставить им удовольствие.

Раньше я не представляла, что ирония и рыдания могут быть совместимы в едином душевном танго, но теперь убедилась в том, что их дуэт может быть очень даже страстным и разрушительным для моей психики.

Как бы не завыть в голос…

Кинг поднимает голову, обращая свой потемневший и демонический взгляд в зеркало. В его волосах блуждает ее маленькая жадная ручка, на которой я бы с удовольствием пообрывала ногти.

Наши взгляды в отражении встречаются, рождая между собой мощный энергетический взрыв. Тяжело дыша, Дэниел смотрит на меня, совершая последний и глубокий толчок в разомлевшую за ним Лиану.

«Больно?» — вздернув подбородок, задает немой вопрос Кинг.

Отрицательно качнув головой, я быстро выбегаю из туалета, все еще не в силах поверить в то, что стояла там минут десять, словно к полу приколоченная, и наблюдала за всем процессом.

И когда я в спешке возвращаюсь в квартиру Кинга и закрываю за собой дверь, я позволяю этой боли существовать.

Разливаться во мне, жить во мне, умирать во мне.

— Я покажу тебе, насколько глубока кроличья нора.

— Ты сама сделала этот выбор.

— Выражай свои эмоции. Вперед. Иначе тебе не победить Роберта.

Я уже не уверена, что хочу победить только одного из вас, Дэниел.

Дэниел Плюющаяся королевская кобра — красивейшая из своих ближайших сестер, и, увы, находится на грани вымирания. Эта змея выпрыскивает смертельный яд, чувствуя опасность и нарушение своих границ.

Эрида напоминает мне именно ее.

Поэтому мне так нужна ее злость, ярость. Смертельный и чертовски полезный яд. В ее возмездии и борьбе за выход из зависимости, нет места слабости.

Я не хотел трахать Лиану. Так получилось. Она поцеловала меня, и на удивление очень чувственно и возбуждающе.

В моменте, я ощутил, что хочу продолжения.

Так бывает. Возможно, мне хотелось дать ей то, чего она так хочет, чтобы девушка, наконец, успокоилась и перестала бы смотреть на меня своими огромными глазами и щенячьим взглядом.

Возможно, мне захотелось обесценить то, что уже два месяца я храню верность Эриде.

Пожалуй, да…мне захотелось доказать самому себе, в первую очередь, что она по-прежнему остается моей любимой игрушкой.

И я ни черта, блядь, не привязываюсь к ней по-настоящему. Это никому на хер не нужно. Эриде — в первую очередь.

Я не лучший вариант для счастливой семейной жизни. А если она когда-либо пройдет весь ад, что я ей приготовил и исцелится, я желаю ей именно этой девчачьей и ванильной розовой сказки.

Со мной Эриду ждет только тьма склепа, игры разума и постоянные манипуляции. Рано или поздно, мне станет скучно, а она — сломается. Отталкивая ее, предавая ее, я спасаю Эриду.