Читаем За городом полностью

— Клара, — сказал он, когда она подошла к нему со словами приветствия. — Я жалею, что мне приходится сообщить вам неприятное известие, но у меня в Сити совершенно расстроились дела, и… и я думаю, что я обязан освободить вас от данного мне обещания.

Клара посмотрела на него вопросительно своими большими черными глазами, и лицо ее сделалось таким же бледным, как и его.

— Какое отношение может иметь Сити к вам и ко мне, Гарольд?

— Это — позор. Я не могу требовать, чтобы вы разделили со мной позор.

— Позор? Это потеря какого-то презренного золота и серебряных монет!

— О, Клара, если бы дело касалось только этого! Мы могли бы быть гораздо счастливее, живя вместе в маленьком коттедже в деревне, чем со всеми богатствами Сити. Бедность не могла бы так глубоко огорчить меня, как я был огорчен сегодня утром. Ведь прошло не больше двадцати минут с тех пор, как я получил письмо, Клара, а мне кажется, что это случилось давным-давно в моей жизни, что какая-то ужасная черная туча заслонила собою все и отняла у меня жизненную силу и душевный покой.

— Но в чем же дело? Чего же вы боитесь больше, чем бедности?

— Я боюсь, что у меня окажутся такие долги, которых я не смогу заплатить. Я боюсь, что меня объявят на бирже несостоятельным. Знать, что есть лица, которые могут предъявить ко мне законные требования, и чувствовать, что я не могу посмотреть им в глаза, — разве это не хуже бедности?

— Да, Гарольд, в тысячу раз хуже! Но все это можно перенести. А еще ничего нет?

— Мой компаньон убежал, и на меня пали огромные долги, которые я должен буду заплатить; я очутился в таком положении, что от меня могут потребовать судом, чтобы я заплатил, по крайней мере, часть этих пропавших денег. Они были даны ему для помещения, а он присвоил их себе. Я, как его компаньон, отвечаю за это. Я сделал несчастными всех, кого я люблю — моего отца, мою мать. Но пусть, по крайней мере, эта тень не падает на вас. Вы свободны, Клара. Нас ничто не связывает.

— Нужны два лица для того, чтобы существовал такой союз, Гарольд, сказала она, улыбаясь и кладя свою руку в его. — Нужны два человека, мой дорогой, для того, чтобы заключить его, и также два человека для того, чтобы порвать его. Разве так ведутся дела в Сити, сэр, что один человек может нарушить по своей воле данное им обязательство?

— Вы заставляете меня сдержать его, Клара?

— В этом случае я буду неумолимее всякого кредитора, Гарольд. Вы никогда не освободитесь от этого обязательства.

— Но я разорен. Вся моя жизнь разбита.

— Значит, вы хотите разорить также и меня и разбить всю мою жизнь. Нет, сэр, вы не отделаетесь от меня так легко. Но, говоря серьезно, Гарольд, я обиделась бы этим, если бы это не было так нелепо. Неужели же вы думаете, что любовь женщины похожа на тот зонтик, который я держу в руке — вещь, которая годится только для защиты от солнца и совершенно бесполезна, если дует ветер и собираются тучи?

— Я не хочу унижать вас, Клара.

— Разве не было бы большим унижением для меня, если б я оставила вас в такое время? Именно теперь я и могу быть полезна вам, — я могу помочь вам, поддержать вас. Вы всегда отличались таким сильным характером и в этом отношении стояли выше меня. Вы еще сильны и теперь, но вдвоем мы будем сильнее. А потом, сэр, вы не имеете понятия о том, какая я деловая женщина. Это говорит папа, а он знает.

Гарольд попытался заговорить, но его сердце было слишком полно. Он мог только пожать белую ручку, которая схватила его за рукав. Она ходила взад и вперед около него, весело болтая и стараясь как-нибудь развеселить его, потому что им овладело мрачное настроение. Слушая ее, он мог подумать, что с ним болтала Ида, а не ее серьезная и скромная сестра.

— Скоро все это устроится, — сказала она, — и тогда нам будет скучно. Конечно, у всех деловых людей бывают и удачи, и неудачи. Да я думаю, что из всех людей, с которыми вы встречаетесь на бирже, не найдется ни одного, который не мог бы рассказать про себя какой-нибудь истории в этом роде. Если бы все шло всегда гладко, то, конечно, всякий сделался бы маклером, и вам нужно было бы собираться в Гайд-Парке. Какая сумма вам нужна?

— Мне нужно больше, чем я могу достать. Не меньше тридцати тысяч фунтов стерлингов.

Клара изменилась в лице, услышав эту цифру.

— Что же вы намерены делать?

— Я пойду теперь в Сити и попрошу собраться завтра всех наших кредиторов. Я прочитаю им письмо Пирсона, и пусть они делают со мной, что хотят.

— А что же они сделают?

— Что могут они сделать? Они получат исполнительные листы на свои деньги, и фирма будет объявлена несостоятельной.

— И это собрание будет завтра, говорите вы? Послушаетесь ли вы моего совета?

— Что же вы мне посоветуете, Клара?

— Попросите у них несколько дней отсрочки. Кто знает, какой оборот может принять дело?

— Какой же оборот оно может принять? Мне никоим образом не удастся достать денег.

— Пусть вам дадут отсрочку на несколько дней.