Читаем За что? полностью

Ничего не могу и не значу.Будто хрустнуло что-то во мне.От судьбы получаю в придачуПсихбольницу —К моей Колыме.Отчужденные, странные лица.Настроение — хоть удавись.Что поделать — такая больницаИ такая «веселая жизь».Ничего, постепенно привыкну.Ну, а если начнут донимать,Оглушительным голосом крикну:— Отъе… вашу в Сталина мать!..Впрочем, дудки! Привяжут к кровати.С этим делом давно я знаком.Санитар в грязно-белом халатеПриголубит в живот кулаком.Шум и выкрики — как на вокзале.Целый день — матюки, сквозняки.Вот уже одного привязали,Притянули в четыре руки.Вот он мечется в белой горячке —Изможденный алкаш-инвалид:— Расстреляйте, убейте, упрячьте!Тридцать лет мое сердце болит!У меня боевые награды,Золотые мои ордена…Ну, стреляйте, стреляйте же, гады!Только дайте глоточек вина…Не касайся меня, пропадлина!..Я великой победе помог.Я ногами дошел до Берлина,А назад возвратился без ног!..— Ну-ка, батя, кончай горлопанить!Это, батя, тебе не война!..— Отключите, пожалуйста, памятьИли дайте глоточек вина!..Рядом койка другого больного.Отрешенно за всей суетойНаблюдает глазами святогоВор-карманник по кличке Святой.В сорок пятом начал с «малолетки».Он ГУЛАГа безропотный сын.Он прилежно глотает таблетки:Френолон, терален, тизерцин.Только нет, к сожалению, средства,Чтобы жить, никого не коря,Чтоб забыть беспризорное детство,Пересылки, суды, лагеря…Гаснут дали в проеме оконном…Психбольница — совсем как тюрьма.И слегка призабытым жаргономПримерещилась вновь Колыма…Только здесь, в этом шуме и гвалте,Есть картинки еще почудней.Атеист, краснощекий бухгалтер,Ловит кепкой зеленых чертей.Ничего, постепенно привыкну.Было хуже мне тысячу раз.Оглушительным голосом крикну:— X.. ловишь ты их, педераст?…От жестокого времени спрячуЭти строки в худую суму.Ничего не могу и не значуИ не нужен уже никому.Лишь какой-то товарищ неблизкийВдруг попросит, прогнав мелюзгу:— Толик, сделай чифир по-колымски!..Это я еще, точно, смогу.Все смогу! Постепенно привыкну.Не умолкнут мои соловьи.Оглушительным голосом крикну:— X.. вам в рот, дорогие мои!..1975

«Дым струится, и сладкий, и горький…»

Дым струится, и сладкий, и горький.Дым далекие годы открыл.Курим с сыном цигарки с махоркой,Как я в лагере прежде курил.И припомнились долгие верстыИ костер, догоревший дотла…А свернуть-то цигарку не просто.Память пальцев скрутить помогла.Эта память со мною повсюду.С ней невзгоду легко приручить.Никогда я не думал, что будуСына этому делу учить.1992

«Россия Бога не забыла…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Охота на царя
Охота на царя

Его считают «восходящей звездой русского сыска». Несмотря на молодость, он опытен, наблюдателен и умен, способен согнуть в руках подкову и в одиночку обезоружить матерого преступника. В его послужном списке немало громких дел, успешных арестов не только воров и аферистов, но и отъявленных душегубов. Имя сыщика Алексея Лыкова известно даже в Петербурге, где ему поручено новое задание особой важности.Террористы из «Народной воли» объявили настоящую охоту на царя. Очередное покушение готовится во время высочайшего визита в Нижний Новгород. Кроме фанатиков-бомбистов, в смертельную игру ввязалась и могущественная верхушка уголовного мира. Алексей Лыков должен любой ценой остановить преступников и предотвратить цареубийство.

Леонид Савельевич Савельев , Николай Свечин

Детективы / Исторический детектив / Проза для детей / Исторические детективы
Знаменитость
Знаменитость

Это история о певце, которого слушала вся страна, но никто не знал в лицо. Ленинград. 1982 год. Легко сорвать куш, записав его подпольный концерт, собирается молодой фарцовщик. Но героям придется пройти все круги нелегального рынка звукозаписи, процветавшего в Советском Союзе эпохи Брежнева, чтобы понять: какую цену они готовы заплатить судьбе за право реализовать свой талант?.. Идея книги подсказана песнями и судьбой легендарного шансонье Аркадия Северного (Звездина). Но все персонажи в романе «Знаменитость» вымышлены автором, а события не происходили в действительности. Любое сходство с реальными лицами и фактами случайно. В 2011 году остросюжетный роман «Знаменитость» включен в лонг-лист национальной литературной премии «Большая книга».

Фредерик Браун , Дмитрий Владимирович Тростников , Андрей Васильевич Сульдин , Дмитрий Тростников , Мирза Давыдов

Проза для детей / Проза / Самиздат, сетевая литература / Научная Фантастика / Современная проза
Единственная
Единственная

«Единственная» — одна из лучших повестей словацкой писательницы К. Ярунковой. Писательница раскрывает сложный внутренний мир девочки-подростка Ольги, которая остро чувствует все радостные и темные стороны жизни. Переход от беззаботного детства связан с острыми переживаниями. Самое светлое для Ольги — это добрые чувства человека. Она страдает, что маленькие дети соседки растут без ласки и внимания. Ольга вопреки запрету родителей навещает их, рассказывает им сказки, ведет гулять в зимний парк. Она выступает в роли доброго волшебника, стремясь восстановить справедливость в мире детства. Она, подобно герою Сэлинджера, видит самое светлое, самое чистое в маленьком ребенке, ради счастья которого готова пожертвовать своим собственным благополучием.Рисунки и текст стихов придуманы героиней повести Олей Поломцевой, которой в этой книге пришел на помощь художник КОНСТАНТИН ЗАГОРСКИЙ.

Клара Ярункова , Стефани Марсо , Юрий Трифонов , Константин Еланцев , Тина Ким , Шерон Тихтнер

Детективы / Проза для детей / Проза / Фантастика / Фантастика: прочее / Детская проза / Книги Для Детей