Читаем Who is Napoleon полностью

Известие о переправе неприятеля через Неман пришло в Вильну ночью с 12 (24) на 13 (25) июня. Ковенский городничий Бистром дал знать о форсировании Немана первый, прежде, чем пришёл доклад по военной команде. Император Александр в то время находился на балу в загородном доме генерала Бенигсена. Министр полиции Балашов(Балашов) тихонько доложил Государю доставленную из Ковно весть. Царь повелел Балашеву сохранять в тайне грозную весть, оставался на балу еще около часа, а потом провел в трудах оставшуюся часть ночи. Призвав к себе государственного секретаря Шишкова, Государь велел ему теперь же написать приказ войскам о вступлении неприятеля в наши пределы. После длительного военного совещания, Александр I приказал 1-ой армии отступить к Свенцянам, а 2-ой армии Багратиона и корпусу Платова решительно действовать во фланг неприятеля.

Приказ Государя 17(29) июня был доведён до войск: "Из давнего времени примечали мы неприязненные против России поступки французского императора, но всегда кроткими и миролюбивыми способами надеялись отклонить оные. Наконец, видя беспрестанное возобновление явных оскорблений, при всем нашем желании сохранить тишину, принуждены мы были ополчиться и собрать войска наши, но и тогда, ласкаясь еще примирением, оставались в пределах нашей империи, не нарушая мира, а быв токмо готовы к обороне. Все сии меры кротости и миролюбия не могли удержать желаемого нами спокойствия. Французский император нападением на войска наши при Ковно открыл первый войну. Итак, видя его никакими средствами непреклонного к миру, не остается Нам ничего, как, призвав на помощь Свидетеля и Заступника правды всемогущего Творца небес, поставить силы Наши против сил неприятельских. Не нужно Мне напоминать вождям, полководцам и воинам Нашим о их долге и храбрости. В них издревле течет громкая победами кровь славян. Воины! Вы защищаете Веру, Отечество и свободу. Я с вами. На зачинающего Бог!"

3 (25) июня поздним вечером Государь призвал явиться к себе генерал-адъютанта Балашова (он же Министр полиции), по прибытии которого, сказал ему: " Я намерен тебя послать к императору Наполеону. Хотя впрочем, между нами сказать, Я и не ожидаю от сей посылки прекращения войны, но пусть же будет известно Европе и послужит новым доказательством, что начинаем войну не мы." Государь прочёл ему письмо, которое надлежало ему доставить Наполеону. Отпуская адъютанта, он поручил сказать Наполеону, что "если он намерен вступить в переговоры, то они сейчас начаться могут, с условием одним, но непреложным, чтобы армии его вышли за границу. В противном же случае Государь даёт слово – покуда хотя один вооружённый француз будет в России, не говорить и не принять ни одного слова об мире."

Между тем войска Наполеона быстро двигались к Вильне . 13 (25) Мюрат и Даву достигли Жижмор, куда на следующее утро перенесена была главная квартира. 14 (26) неприятель достиг Киеве, a 15 (27) кавалерия Мюрата имела уже ночлегу Рыконты. На следующий день, после незначительной ошибки французских гусар с нашими лейб-казаками, Наполеон занял Вильну.

Вступление Наполеона в Вильну было торжественно. Улицы и площади наполнились народом, многие из домов были украшены изысканными коврами, во всех окнах домов были видны нарядные с букетами цветов женщины, восторженно встречающие проходящие мимо колонны французской гвардии.

Генерал-адъютант Балашев, отправясь в ночь с 13-го на 14-е июня, к рассвету прибыл вместе с двумя казаками и трубачом в селение Рыконты, где уже находился неприятель. У трубача входило в обязанность исполнять соответствующие аккорды в видимости противника, означающие приближение парламентёров. Балашев был препровождён к Мюрату. Мюрат, окружённый большой свитою и красовавшийся в изысканном неармейском костюме, встретив адъютанта Государя, первым начал разговор. "Очень рад вас видеть и познакомиться с вами генерал! Кажется, здесь всё предвещает войну." Балашев на прекрасном французском изящно парировал укол маршала:– "Действительно, ваше величество, кажется Император Наполеон желает вести её".

Маршал, не зная нынешнего нахождения Императора, объяснил, где находится квартира штаба корпуса Даву и мило улыбнувшись рысью ускакал со свитой к разноцветной толпе, стоявшей в конце улицы. Даву встретил парламентёра с угрюмой, недружелюбной гримасой на лице. "Отдайте мне письмо, я его сам передам Императору" -проскрипел очередной французский маршал. На ответ Балашева, что ему велено Государём передать пакет лично в руки Наполеону, маршал , не меняя тональности в голосе, возразил:– "Всё равно! Вы здесь не у себя, делайте то, что от вас требуют". Балашеву пришлось смириться с требованиями недружелюбного маршала.