Читаем Взмах клинка полностью

Кас отвела взгляд в сторону. Он попал прямо в точку.

– Неужели ты по-прежнему оплакиваешь своего дружка-головореза?

Эландер не видел ее лица, но почувствовал, что его вопрос разозлил ее. Она немного помолчала, а затем ответила:

– Между прочим, он хлебнул много горя в жизни.

– У многих людей тяжелая жизнь. Однако им не приходит в голову связать женщину и пытать ее.

Нахмурившись, Кас согласилась с этим:

– Да, разумеется. Ты прав.

– Еще бы!

– Просто я… – промямлила она, поглаживая шероховатое бревно и старательно избегая его взгляда.

Эландер присел рядом с ней, поставил локти на колени и принялся молча смотреть на водную гладь. Немного погодя он произнес:

– Ты гадаешь, может ли Бог Смерти проявить сочувствие к людям, у которых была тяжелая жизнь?

Кас наконец смогла поднять на него глаза и несколько минут внимательно, не отрываясь, смотрела на него. После чего она поправила его:

– Низвергнутый Бог Смерти.

Эландер покачал головой, почувствовав легкое раздражение.

– Сколько раз ты собираешься напоминать мне об этом?

– Я просто хочу тебе помочь, сбивая с тебя спесь, для твоего же блага.

– Какая же ты добрая!

– Я знаю! – сказала она, вновь отведя глаза в сторону.

Эландер последовал ее примеру и стал смотреть на озеро.

– Всему есть предел, Касия!

Он вспомнил, как сегодня чаша его терпения переполнилась, когда он увидел, как двое мужчин потащили ее в ту хижину в чаще. Его бросило в жар, и даже сейчас ярость вновь застилала ему глаза при одном воспоминании об этом.

Он старался смотреть на воду в том числе потому, что не хотел видеть ожоги на ее шее. Поскольку при взгляде на них ему хотелось вернуться обратно в дебри и убить еще пару каких-нибудь существ.

– Я знаю, – повторила она. Краешком глаза он заметил, что она всплеснула руками и задела ногтем ладонь. – Просто я размышляла о нас с Темноруким. Нам на долю выпали ужасные испытания, но все люди по-разному реагируют на трагедию. Мы оба были сиротами. Нам обоим пришлось делать нехорошие вещи, чтобы выжить. Если бы я несколько раз поступила по-другому, сделала неверный выбор… я могла бы стать такой же, как он.

– Но не стала!

– Нет, кажется, не стала.

Они несколько мгновений посидели в тишине, наблюдая, как ветер гонит к берегу волны, слушая стрекочущих насекомых и странный гул со стороны Беспросветных дебрей.

Наконец Касия сказала:

– Меня до сих пор иногда охватывает страх. Бывает, что… когда я теряю дорогого мне человека или мне приходится кого-то убивать, у меня внутри открывается темная бездна, и я все ближе к тому, чтобы она поглотила меня. Я даже не могу спокойно думать об Асре, поскольку сразу чувствую эту бездонную тьму. Стоит мне вспомнить тот момент во дворце, как я готова отключиться. Это приводит меня в ужас.

Эландер посмотрел на круги на воде, оставленные невидимым насекомым, не зная, что сказать. Он не был уверен, что она хочет, чтобы он что-то сказал ей в ответ. Ему показалось, что она скорее обращалась к своим рукам, а не к нему.

– Но так происходит всегда, когда кого-то сильно любишь, верно? – спросила она у своих рук с горькой усмешкой. – А значит, поневоле придется страдать. И это страдание может изменить тебя неожиданным образом.

Эландер медленно опустился на землю, прислонившись спиной к бревну и вытянув длинные ноги.

– Тогда получается, что не стоит так сильно любить?

– А ты как думаешь?

Он не ожидал от нее такого вопроса. Но почему? Ведь она почти всегда ставила под сомнение все, что он говорил и делал. Эландер взглянул на нее. На секунду их взгляды встретились, а затем она продолжила смотреть на озеро.

– Я потеряла ее, – тихо сказала она, – но я не жалею о том, что я ее любила.

Кас закрыла лицо руками и замерла на какое-то время.

Эландер с трудом подавил в себе желание обнять ее и притянуть к себе.

– Да, кстати… – приглушенно добавила она, не отрывая рук от лица, – сама не знаю, зачем я это все тебе рассказываю. Я пыталась обсуждать это с Нессой и с остальными, но становится просто невыносимо, когда мы все вместе говорим про Асру. Это просто невозможно. В каждом из нас есть частичка ее, которую мы всегда носим в сердце. Так что в каком-то смысле мне легче обсуждать это с тем, кто ее не знал, понимаешь? К тому же сейчас почти все уже спят, а значит, единственная альтернатива – это лежать на земле и смотреть в небо, пока я не сойду с ума от своих мыслей.

Тут она устремила глаза в небо. В тот вечер на нем не было звезд. Ветер гнал облака, и изредка на нем мелькала Луна. А в остальное время их окружала кромешная тьма. Спустя минуту она будто растворилась в этом сумраке.

Эландер узнал этот отрешенный взгляд, плотно сжатые губы и решительно сведенные вместе брови. Она вновь пыталась унять растущую панику.

Казалось бы, ему не должно быть до этого никакого дела.

Однако его тревожила такая отстраненность… когда тревожные мысли уносили ее вдаль и не давали выйти оттуда. А значит, это был враг, которого он не мог поразить мечом или когтями.

«В твои обязанности не входит сражаться с ее врагами!» – напомнил он себе.