Читаем Взлетая высоко полностью

– Хочешь посидеть? Еще что-нибудь поесть? – спрашиваю я, как только мы добираемся до закусочной. Сегодня внутри много народу, потому что еще ранний вечер, чуть позже восьми. Местные жители и туристы ужинают, а группа подростков, попивая молочные коктейли, собралась в зоне отдыха.

Хейли отрицательно качает головой и спешит к лестнице. Я ненадолго застываю, киваю в знак приветствия Марисоль, у той вечерняя смена, а затем следую за Хейли наверх. Перешагиваю через ступеньку, потому что мрачное предчувствие внутри продолжает нарастать. Что-то не так. Я знаю. И с каждой секундой это становится очевидным.

Хейли уже в своей комнате, когда я туда вхожу. Она положила сумку, сняла сандалии и включила прикроватную лампу. И она так же неподвижна, как и в прошлый раз. Как во время нашего последнего прощания. Только теперь она не поворачивается ко мне спиной, а стоит посреди комнаты и так сильно дрожит, будто мы вернулись прямо из снежной бури.

Не говоря ни слова, я подхожу к ней и беру ее руки в свои. Они ледяные. Хейли выглядит настолько несчастной, что я не могу не притянуть ее к себе.

Она обнимает меня и цепляется пальцами за футболку. Понятия не имею, в чем дело, или, может, что-то случилось, поэтому просто крепко прижимаю ее к себе и глажу по спине. Не знаю, поможет ли ей это. Что бы я ни сказал или сделал, поможет ли ей это или только усугубит ситуацию? Я просто не знаю. Даже с Джаспером я не чувствовал себя таким бессильным, и это дерьмовое чувство. Я бы сделал все, чтобы помочь Хейли, но понятия не имею, как.

– Ты хочешь поговорить? – наконец еле слышно спрашиваю я, потому что мы стоим, так тесно прижавшись друг к другу, что мой рот оказывается на уровне ее уха.

Она качает головой и цепляется за меня чуть крепче. И тогда я чувствую их. Слезы. Хейли не шмыгает, не всхлипывает, но молча плачет – и все во мне болезненно сжимается.

– Ты ведь знаешь, что можешь поговорить со мной о чем угодно? – Я не отпускаю Хейли, прижимаю руки к ее щекам и ловлю испуганный взгляд.

Ее глаза заволокло слезами – такое чувство, будто кто-то вонзил нож мне в грудь. Ненавижу видеть ее такой. Но еще больше я ненавижу то, что она страдает и я ничего не могу для нее сделать. Да и как? Я до сих пор не знаю, этим летом я познакомился с настоящей Хейли – или с кем-то, кем она хотела быть. Я до сих пор не знаю, кто эта девушка на самом деле.

Я проглатываю разочарование и большими пальцами вытираю ее слезы.

– Поговори со мной…

– Я видела тебя с… с Мией и…

Это все? Именно это ее расстроило? Я качаю головой.

– Мы давно не виделись и просто поболтали. Вот и все. Она в городе с мужем и сыном.

Хейли издает невеселый смешок.

– Почему все думают, что я ревную?

Я опускаю руки.

– А это так?

– Нет, – решительно отвечает она, но тут же прячет лицо. – Ладно, да. Немного. Но только к тому, что у тебя было с ней раньше. К тому, что у тебя может быть с другой женщиной. И ты это заслужил, Чейз. Ты заслуживаешь намного больше, чем… чем…

– Чушь, – я не хочу этого слышать. Или вести с ней этот разговор. Не сейчас. Не завтра. Никогда.

Но Хейли, похоже, еще не закончила. Она освобождается из моих объятий и отступает к окну.

– Кто захочет быть с девушкой, которая пыталась покончить с собой?

Мы оба застываем, когда эти слова слетают с ее губ. Глаза Хейли расширяются от ужаса, но она не забирает их обратно. Она не забирает слова обратно, а оставляет все как есть.

Боже… Я тереблю волосы и делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться. Она ошибается. Она чертовски ошибается и даже не осознает этого.

– Я, – твердо заявляю я. – Окей? Я хочу быть с такой девушкой.

Она не шевелится, замирает как вкопанная. Проходит несколько мгновений, когда не слышно ничего, кроме нашего дыхания.

– Я думаю… – Хейли сглатывает, заламывает пальцы и тут же прекращает, едва заметив, что делает, и смотрит мне в глаза. – Думаю, будет лучше, если я вернусь домой с родителями.

Я шокирован. Я в замешательстве и не знаю, что сказать.

– Вернуться… в Миннесоту? – нерешительно размышляю я. Вернуться в то место, откуда она сбежала в начале лета. Вернуться в то место, что находится более чем в тысяче миль отсюда. Черт, если я не ошибаюсь, Миннесота находится в другом часовом поясе.

Хейли не выпускает меня из виду.

– Да.

– Ты уверена, что это то, чего ты хочешь?

– Я не знаю, – тихо признается она. – Не знаю, чего хочу или какой должна быть моя жизнь теперь. Но я видела ее конец, Чейз, видела его. Я сделала все, что хотела, все, что на самом деле жаждала испытать – и многое другое. Это должно было… это просто должно было закончиться.

Я стискиваю зубы, ее слова похожи на удар в живот.

– Думаешь, Кэти бы этого хотела? Или Джаспер? – Джаспер, который точно знал, что однажды наступит конец, но все равно продолжал бороться.

Хейли в ужасе таращится на меня.

– Это нечестно… – шепчет она.

Да, это так. И, может быть, мои слова делают меня тварью, но я считаю, что она должна услышать правду. Она действительно должна все понять.

– Я… я понятия не имею, что мне делать дальше. – Она подходит к кровати, опускается на нее и зарывается лицом в руки.