Читаем Взгляды полностью

Рассмотрим по порядку аргументацию сторонников пакта. Когда Чаковский говорил, что Сталину нелегко было пойти на подписание пакта, он думал о принципиальной стороне вопроса. На самом деле Сталин меньше всего думал о принципах. Сталинская клика прежде всего думала о том, как продержаться у власти. О каких принципах могла идти речь, если Молотов, выступая 31 октября 1939 года, назвал так называемый освободительный поход Красной Армии «ударом, приведшим вместе с ударом немецких войск к распаду польского государства — уродливого детища Версальского договора». Эта оценка, данная Молотовым, находилась в противоречии с исторической правдой и с целями освободительного похода советских войск. («История Великой Отечественной войны», том I, стр. 249).

Как можно говорить о каких-то идейных переживаниях Сталина и Молотова, если они пошли на раздел Польши?

Р. Медведев пытается опровергнуть мнение тех историков, которые назвали советско-германский пакт четвертым разделом Польши, хотя сам Медведев в своей книге привел выписку из секретного протокола, приложенного к «договору о дружбе и границах», в котором было записано:

«В случае территориальных и политических изменений на территории, принадлежащей польскому государству, сферы интересов Германии и СССР будут разграничены приблизительно линией рек Нарев, Висла и Сан. Вопрос о том, соответствует ли интересам обеих сторон существование независимого польского государства, и каковы должны быть его границы, может быть окончательно решен только в ходе дальнейших политических событий. Во всяком случае, оба правительства (Заметьте — не польский народ, а Германия и СССР. — Авт.) будут решать этот вопрос в духе дружеского понимания (А не интересов польского народа. — Авт.)».

Авторы «Истории Великой Отечественной войны» пытаются завуалировать этот предательский акт коммунистов Сталина и Молотова разговорами об освободительном походе Красной Армии. Совершенно непонятной является поддержка задним числом этого раздела Польши Р. А. Медведевым.

«Предотвратить нападение Германии на Польшу СССР уже не мог (Но ведь само нападение стало возможным только после согласия СССР и подписания им «договора о дружбе и границах»! — Авт.). Необходимо было поэтому, — писал Медведев, — оградить государственные интересы СССР в данном районе и укрепить наши позиции, имея в виду возможность в будущем агрессии Германии. Тем более, что речь шла в данном случае не о собственно польских землях, а о белорусских и украинских территориях, население которых давно уже боролось за свое национальное освобождение».

Только одной этой сентенцией Р. Медведев перечеркнул весь свой многолетний труд как марксиста и интернационалиста. Непонятно только, являются ли такие рассуждения Медведева, а их, к сожалению, в его трудах много, следствием ошибочного понимания или продуманной уступкой властям. Во имя чего?

Наименование этой акции, задним числом, освободительным походом, соответствует правде так же, как завоевание Скобелевым Средней Азии соответствует наименованию «добровольного присоединения к России». Нужно вещи называть их именами.

Р. А. Медведев занял в этом вопросе позицию более националистическую, чем авторы «Истории Великой Отечественной войны».

«Советский народ, — писали авторы этой «Истории…», — никогда не считал Польшу «уродливым детищем Версальского договора»… Советские люди глубоко понимали прогрессивное значение восстановления независимого польского государства, что стало возможным не вследствие Версальской системы, а в результате победы Великой Октябрьской социалистической революции». (том I, стр. 249).

Бесспорно, правильным было отрицательное отношение коммунистической партии к довоенному режиму Польши. Но разве таким способом социалистическая страна может осуществлять «освободительный» поход. Нужно еще доказать, что украинское и белорусское население было при Сталине более свободно, чем при правительстве польских полковников.

Если мы понимали «прогрессивное значение» независимости Польши, то как мы могли посметь без народа Польши, а в содружестве с Гитлером, совершить этот «освободительный» поход?..

Неверно, что предотвратить нападение на Польшу СССР уже не мог (Медведев). Само нападение Германии на Польшу не состоялось бы, если бы СССР не подписал пакта с Гитлером. Но не это главное. Самое важное состояло в том, что СССР, как страна социалистическая, не имел морального права принимать участие в такой акции, да еще с фашизмом.

Следующим аргументом в защиту пакта, подписанного СССР и Германией, было утверждение историков, что благодаря пакту наша страна прожила лишних два года в условиях мира, в то время как на Западе бушевала война.

Этим признанием подтверждается правильность обвинения Сталина со стороны западных историков и дипломатов в том, что он сознательно натравил Германию на западные страны. Если это так, то как же наши историки, военные и дипломаты могут обвинять западные правительства в том, что они хотели натравить на нашу страну Германию?

Но ведь они только хотели, а Сталин осуществил эту вероломную операцию.