Читаем Взгляды полностью

Раковский поставил вопрос об опасности для пролетарской революции национальных пережитков. Он отметил, что в массе населения России подавляющее большинство трудящихся настроено националистически и лишь ничтожная часть настроена интернационалистически. Такая почва была подготовлена вековым воспитанием масс, в первую голову — масс русского народа — в националистическом, патриотическом духе.

В течение нескольких лет, прошедших с начала Октябрьской революции, говорил Х. Г. Раковский, было невозможно перевоспитать, особенно массы крестьян, в интернациональном духе. Таким образом, почва для национализма, особенно почва для воинствующего великорусского национализма, была широчайшая. Естественно, что в этом море шовинистических чувств направлять корабль революции было очень сложно. Наоборот, попасть небольшой прослойке интернационалистов под влияние массы националистического народа было значительно проще.

Раковский и Бухарин видели опасность для партии в малейшем колебании в сторону великорусского национализма и поэтому предупреждали от одинакового отношения к великодержавному шовинизму и местному национализму. Именно в этом был смысл замечания Раковского, что русские «с нетерпением выдерживают спор по национальному вопросу». Как же отнесся Сталин к критике делегатами XII-го съезда его национальной политики? Понял он свое отклонение от ленинской национальной политики, на которое указывали ему Мдивани, Скрыпник, Бухарин, Раковский и другие?

Ответ на этот вопрос мы получили в его заключительном слове на ХII-м съезде партии, ввиду важности которого мы приведем из него большую выдержку:

«Говорят нам, что нельзя обижать националов. Это совершенно правильно, я согласен с этим — не надо их обижать. Но создавать из этого новую теорию (?) о том, что надо поставить великорусский пролетариат в положение неравноправное в отношении бывших угнетенных наций, это значит сказать несообразность. То, что у тов. Ленина является оборотом речи в его статье, Бухарин превратил в целый лозунг… Ежели мы перегнем палку в сторону крестьянских окраин, в ущерб пролетарским районам, то может получиться трещина в системе диктатуры пролетариата. Второй вопрос — это о шовинизме великодержавном и о шовинизме местном. Тут выступили тов. Раковский и особенно тов. Бухарин, который предложил выкинуть пункт, говорящий о вреде местного шовинизма. Дескать, нечего возиться с таким червяком, как местный шовинизм, когда мы имеем такого «Голиафа», как великорусский шовинизм. Вообще у тов. Бухарина было покаянное настроение. Дело в том, что Бухарин не понял сути национального вопроса. Когда говорят, что нужно поставить во главу угла по национальному вопросу борьбу с великорусским шовинизмом, этим хотят отметить, что обязанность русского коммуниста самому вести борьбу с русским шовинизмом». (XII съезд, стр. 649–651).

Я привел большое количество выдержек из выступлений делегатов ХII-го съезда партии, чтобы показать, какие наслоения образовались в исторических работах по национальному вопросу.

В 1-ой части трехтомника «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК», редакция ИМЛ сделала запись о ХII-м съезде в полном соответствии с «Кратким курсом» Сталина. В историю партии вписана еще одна лживая страница о том, что по национальному вопросу ошибался не Сталин, как мы это только что установили на основании ленинских документов, а грузинские «уклонисты» и поддерживающие их вожди оппозиции: Троцкий, Бухарин, Радек, Раковский и др.

Между тем из статей Троцкого по национальному вопросу, помещенных в то время в газете «Правда», а также из письма Ленина к Троцкому, предложившего последнему взять на себя защиту его взглядов на пленуме ЦК и на съезде партии, видно, что оба они — и Ленин, и Троцкий — занимали одинаковую позицию по национальному вопросу. Поддерживали «уклонистов» не только Троцкий, Бухарин, Раковский и др., как об этом записано во всех официальных историях партии, но самое главное — их поддерживал Ленин. Говоря по поводу обвинений Сталина против так называемых «уклонистов», Ленин писал:

«Тот грузин, который пренебрежительно… швыряется обвинением в «социал-национализме» (тогда как он сам является настоящим и истинным не только «социал-националом», но и грубым великорусским держимордой), тот грузин… нарушает интересы классовой солидарности». (том 45, статья «Об автономизации»).

Ленин неоднократно подчеркивал, что он на стороне так называемых «уклонистов». В письме к «Б. Г. Мдивани, Ф. Е. Махарадзе и другим, копия Л. Д. Троцкому и Каменеву», он писал:

«Уважаемые товарищи! Всей душой слежу за вашим делом. Возмущен грубостью Орджоникидзе и потачками Сталина и Дзержинского. Готовлю для вас записки и речь. С уважением, Ленин. 6 марта 1923 года».

Это письмо Лениным было написано в день второго инсульта, и, таким образом, было одним из последних написанных им.