Читаем Выжить назло полностью

— Мне никогда не нравился Талан. Он слишком зациклен на кодексе Воина. Но именно эти его глупые принципы дали мне возможность без проверки родить ему дефектного ребенка и остаться элитой.

Тут снова не выдержала я:

— А в чём дефект? Как вы, мать, можете так говорить о СВОЕМ малыше!?

— У него нет крыльев. — Тихо ответила Правительница, — Только зачатки…

— Да и пусть! Можно же что-то сделать? — я повернулась к командору.

— Можно попытаться, — мягко улыбнулся Алар, привычно поглаживая меня по руке, — Отвезём его в Торговую Федерацию… если там небольшой сбой, его подправят и малыш будет идеальным. — Муж повернулся к Бэйе, — Сколько ему лет?

— Ему семь дней от роду, — не сдержавшись, всхлипнула Правительница.

— Это отлично! Надо срочно везти его на коррекцию!

— Я надеюсь, вы не отдадите малыша этой гадкой женщине? — уточнила я.

— Ни в коем случае! Нам с вами ему ещё самочку в будущем надо будет подобрать… — оживилась молодая бабушка и, извинившись, помчалась собирать "свою крылаточку" на лечение.

Я застыла с открытым ртом…

Нэру Салару увели из зала…

Повисло тягостное молчание.

— Горд Фаруш, нэра Сони с сыном, нэра Арина с сыном!

Прогрохотал голос церемонимейстера. Открылись тяжелые двери, пропуская участников нашей драмы…

Во главе "делегации" шла Соня с Шарухом. За ними бесшумно скользил Лёша… во всей своей Смертельной красе. Мониторя окружающее пространство на предмет подлянок и ловушек.

Далее следовала собранная Арина с сыном на руках. Малыш буквально слился с мамой… не оторвать… Невозмутимый Фаруш шел на шаг позади Арины. Замыкали шествие Мор и Тот.

Соня, проходя мимо меня, лукаво подмигнула, сохраняя на лице отрешенно-сосредоточенное выражение. "Делегация" остановилась у тронного возвышения. Правитель с интересом рассматривал Арину. Периодически переводя взгляд на Хорхейна. Наконец он решился:

— Ит-горд Хорхейн, здесь и сейчас я предоставляю вам выбор. Остаться ит-гордом и мужем нэры Чаитты, или стать никем и просить соотечественницу Правительницы принять вас рабом.

Хорхейн молча промаршировал к обомлевшей, забывшей как дышать женщине и опустился перед ней на колени.

— Я выбрал, Повелитель, — глухо промолвил он, — Но примет ли меня госпожа?

Напряжение буквально искрило в воздухе. Арина молчала, не зная, что делать.

И тут всё решил малыш. Он завозился на руках матери, всё так же крепко обнимая её за шею, и громким шепотом спросил:

— Ты возьмёшь папу с нами? Он хороший! Давай заберём его? Пожалуйста…

И Арина не выдержала… Она бухнулась на замершего в ожидании мужика, выдохнув:

— Принимаю!

И чёрные крылья обняли мать с сыном, отгораживая только зарождающуюся семью от всего мира.

— Пусть они разбираются. Не будем мешать. — Решил Правитель, — Пройдемте в Большой зал. Насколько я понимаю… нам предстоит серьёзная работа. И законотворческая… и исполнительная… Вы правы, нэра, давно пора обновить Каноны! Предварительно изучив Древние законы! Чувствую, многие нюансы, намеренно или нет, были утеряны в глубине веков. Да, кстати… горда Фаруша вы оставляете тут или забираете с собой?

— Забирем… подписав контракт, — подтвердил Яссин, — Надеюсь, с него снимут все обвинения?

— Безусловно… — согласился Правитель.

— Интересно, Арина сможет простить ит-горда, — промолвил Принц.

— Думаю — да, — ответила я на риторический вопрос, — Правда это будет не быстро. У них впереди долгий и очень трудный путь к дружной семье. Но главное — они любят друг друга. И у них есть малыш. Который тоже любит и нуждается в обоих родителях. Ну… и мы с Соней и Тиль проследим, чтобы всё было хорошо. Я так толком и не разобралась — Хорхейн трус и сломанный системой подкаблучник, или он достойный мужчина. Который наступил своим чувствам на горло, только чтобы спасти Арину.

— Я, наверное, тоже не придумал бы ничего лучше… Я поспрашивал о Хорхейне, пока ждал вас. Его обложили как зверя. И поставили ультиматум. Либо Арина живет и вынашивает ребенка, либо её беременную продают кадарам. Взамен он должен быть послушным и забыть её… Ты бы меня простила, если бы я вынужден был так же поступить? — Шаатхар развернул меня к себе лицом.

Я смотреле в прекрасные сиреневые глаза, в которых плескалась любовь и тревога и понимала, что ответ на этот вопрос очень важен не только для Шата, но и для ВСЕХ моих супругов.

— Поняла бы и простила. — твердо ответила я, чувствуя, как напряжение отпускает мужей, — На Земле говорят что иногда бывают моменты, когда любящий отказывается от любви публично, если от этого зависит жизнь и счастье любимого. Но сама я на такое не способна. Простите меня… Я не смогу от вас отказаться, даже во имя такой благородной цели…

— А мы бы тебе и не позволили! — почему-то разозлился Яссин.

— Я попытался это сделать… тогда, когда Яссин надел на тебя брачный браслет. Но понял, что лучше нарвусь на казнь, но не откажусь… — печально усмехнулся командор, наплевав на этикет, подхвативший меня на руки.

Окружающие активно принялись рассматривать дизайн помещений, по которым мы проходили.

Только один, самый молодой сет-пторх, грустно посетовал шедшим с ним Советникам: