Читаем Выставка полностью

Для доставки шлакоблоков, еловых досок и крепежа с целью тотального обеспечения ситуации будет привлечен именно тот грузовик, что был предназначен для переезда жильцов, грузоподъемностью в две тонны. Личный состав авангарда примется ударно махать инструментами и прочими приспособлениями, несмотря на то что то и дело будет останавливаться, чтобы вытаскивать из задних карманов джинсов платочки и вытирать пот со лба. И, с учетом исключительного символизма их махания, динамика производимых работ достигнет великолепных показателей, хотя, следует признать,

это началось только в тот момент, когда старый строитель Владица Перц, подстрекаемый шуршанием в шелковом нутре своего пиджака, призовет не сидеть, сложа руки в районе сердца, и распределит всех по сменам, вот тут-то и рыжий, и смуглый, и бледный начнут намного экономичнее колотить инструментом по доскам, гвоздям, пальцам и коленкам. Однако время от времени все, занятые в смене или нет, при малейшем дуновении ветерка замирали как полосатохвостые лемуры и оставались в таком положении, пока ветру не удавалось поднять с земли хоть одну гигиеническую упаковку от водонепроницаемого пластыря. И сцена будет склепана еще до обеда. Предложение самозваного руководителя строительства (сбудется еще одна мечта Владицы) торжественно перерезать ленточку, единогласно отвергнут как анахронизм. Коренной житель Владица снесет это, не моргнув глазом.

В рамках бюджета двухтонный грузовик, предназначенный для переездов (без рабсилы), доставит динамики, агрегат и костюмы. И загремит духовая музыка, подавленная миксом в стиле техно приблизительно в тот момент, когда бульдозер из «Демолирен групп» – вот и он, черт бы его побрал! – свернет в улочку и встанет на парковке у рынка и контейнеров, заняв сразу четыре места.

И тут режиссер прикажет мне отойти в сторонку, чтобы он смог подумать и получше рассмотреть меня, нет, не впишется. Тем не менее, руководствуясь принципом, гласящим, что нет ничего такого, что не могло бы вписаться, и что все мы, в конце концов, находимся здесь с целью спасения нашего дома от сцилл и харибд, он отдаст мне из реквизита мегафон, чтобы я заорал в него так, чтобы в колоратуре этого ора узнала себя вся мелкая живность из краснокнижного списка задунайского заповедника, и он удовлетворится услышанным, и поэтому мы спустимся под мостик, чуток раздвинем заросли, чтобы я для пробы пробежал оттуда вниз по течению канала так, как будто тебя гонят все дьяволы этого мира и пока тебя несут ноги, пока я не превращусь в точку без головы и хвоста. И режиссер, удовлетворенный тем, как я бегу, даст мне небольшую, но важную роль. Через два часа начинайте готовить для него костюм, укажет он на меня двум сейворговцам.

А пока что. На лавочке встретит меня сосед Раджа. Сидя в одной из дырок, он будет наблюдать киношное и прочее оживление и достижения, которые в этом деле даются нелегко. Он попытается нейтрализовать горький привкус банальности, которой не сумел воспротивиться: его невероятно удивило, что я ничуть не запыхался после такого кросса. Тебе до пенсии по инвалидности надо бы устроиться волам хвосты крутить, и сунет мне под нос бумажный пакетик с осмотически обезвоженными боровиками.