Просторный песчаный берег широкой полосой устилали громадные металлические обломки. Там валялись здоровенные куски корпуса самолёта — такие неровные, как будто массивную машину последовательно порвали на части руки некоего злобного гиганта. Некоторые обломки все ещё горели, от них валил тошнотворно-вонючий дым. Куски самолёта чуть ли не до самого горизонта замусоривали белый песок. Одно отломанное крыло торчало, высоко поднимаясь в голубое небо. От смрадного дыма глаза Фэйт мгновенно заслезились.

Итак, самолёт разбился. Не совершил аварийную посадку, как она вначале предположила, а разбился на куски прямо здесь, на этом песчаном пляже. Какое-то время Фэйт тупо глазела на обломки, пытаясь собраться с мыслями.

На берегу были также и другие люди. Великое множество. Они ковыляли прочь от источника вонючего дыма. Помогали друг другу перебраться в безопасное место. В панике носились по всей округе. Сидели на песке и рыдали. Яростно выкрикивали чьи-то имена.

Некоторые, впрочем, даже не шевелились.

Переполненная самыми противоречивыми чувствами, Фэйт с трудом сглотнула слюну. Да уж, она много чего насмотрелась во время тех диких демонстраций у Дворца съездов в Сиднее, но то, что девушка видела сейчас, просто не шло с этим ни в какое сравнение…

2

— Эй-эй, послушай добрый совет! Скажи предателю нет-нет-нет!

Завернув за угол Юниверсити-авеню и увидев протестующих, Фэйт резко остановилась от удивления. Числом десятка в два с небольшим, они толпились перед главным научно-исследовательским корпусом, размахивая плакатами с разными надписями, грозя кулаками и вовсю распевая кричалки. Стоял чудный солнечный денёк, типичный для Среднего Запада, и по улице двигалась масса народу, хотя большинство прохожих удостаивали небольшую демонстрацию лишь просто любопытного взгляда, деловито направляясь к себе на работу или в учебную аудиторию. Парочка местных полицейских прислонилась к велосипедной стойке у фасада здания, лениво помахивая дубинками и с очевидным весельем наблюдая за протестующими.

Фэйт сделала пробные полшага вперёд: интересно, что же она такое упустила? Работая над завершающей серией экспериментов для своей диссертации, она была так занята, что как минимум две последние недели не имела времени читать университетскую газету.

Подметив, что некоторые из протестующих носят футболки или значки с эмблемой университетской группы по охране окружающей среды, Фэйт ощутила прилив любопытства. Проблемы экологии живо интересовали её с самого детства. Однако Фэйт была слишком застенчива, а в последнее время вдобавок и слишком занята, чтобы, подобно этим людям, выходить на улицу с какими-либо протестами.

В любом случае, поняла Фэйт, чем бы эти люди ни занимались, у неё просто не было времени стоять тут и раздумывать. Она и так уже задержалась, проводя сегодня учебное занятие со студентами, и теперь опаздывала на запланированную встречу с доктором Луисом Аррельо, своим научным руководителем. Фэйт знала, что доктор не станет брать в голову её опоздание, но тем не менее терпеть не могла заставлять людей ждать.

Поэтому она направилась к переднему входу в здание, стараясь обращать на протестующих как можно меньше внимания. Но странное дело… У некоторых из них имелись плакаты с одинаковой надписью: «АРРЕЛЬО ДОЛЖЕН УЙТИ!» А на один из этих плакатов кто-то даже добавил угрожающий рисунок — череп и кости…

Фэйт невольно вздрогнула… Быть может, её обманывали собственные глаза? В конце концов, девушка очень устала, проведя долгие часы над микроскопом. Ибо Фэйт просто неспособна была взять в толк, кто мог выступать против доктора Аррельо. Он был одним из самых популярных профессоров биологического факультета, и главным образом именно благодаря ему Фэйт решила писать свою диссертацию не где-нибудь, а в этом университете. Блестящий биолог и прославленный защитник окружающей среды, один из идолов её детства, доктор Аррельо по-прежнему казался Фэйт совершенно легендарной фигурой, хотя она уже больше года была с ним лично знакома.

Ещё крепче прижимая к груди стопку книжек, Фэйт опустила голову и приготовилась протолкнуться мимо демонстрантов. Что бы здесь ни происходило, вне всяких сомнений, как только она попадёт на факультет, доктор Аррельо тут же ей все объяснит.

Фэйт уже оказалась у подножия лестницы, как вдруг путь ей загородил худощавый молодой человек. Остановившись за секунду до столкновения, она подняла взгляд.

Молодой человек пристально смотрел ей в лицо. Первым делом Фэйт отметила его буйные чёрные волосы и необычайно глубокие голубые глаза. Молодой человек был заметно выше и на год-другой младше Фэйт. На его бледном лице выделялся большой нос, изогнутый, точно клюв. У него на плече небрежно покоился самодельный транспарант, на котором значилось: «АРРЕЛЬО = СМЕРТЬ».

— Прошу прощения, — смущённо пробормотала Фэйт, пытаясь обойти долговязого молодого человека и продолжить свой путь вверх по лестнице.

Однако тот её не пропустил.

— Привет, — сказал он. — Куда так спешишь, красотка?