Читаем Выбранное полностью

Скромный и застенчивый, порой до идиотизма, тутаевский самоучка сознательно обрек себя в основном на подвижническую деятельность по усовершенствованию и адаптации к отечественным условиям самых известных достижений мировой научно-технической мысли. «Это не страшно,– читаем мы в его письме к И. П. Б.,– что человеческий разум уже породил большинство из полезных и остроумных идей и мало что нового могут предложить миру даже такие неординарные умы, как ты да я. Ну да ничего, это является хорошим поводом делать изобретения мелкие, незаметные, но все же двигающие прогресс. Вот читаю нынче Куков технический справочник – в Англии в 1896 году из 30194 изобретений около 5000 пришлись на велосипеды…»

* * *

«SIT VERBO SINE LEGE», что по-русски значит «ЖИВУ И ПОЛЬЗУ ПРИНОШУ» – это крылатое латинское выражение с детства украшало скромный кабинет ученого. В то время как непоседливый импульсивный ученик Сологубникова Баринов годами околачивался Бог знает где, совершая бессмысленные подвиги и тратя время на сбор сомнительных коллекций, Н. Н. С. никогда не покидал пределов родного своего Тутаева и почти никогда не выходил из-за письменного стола, за которым и сделал невероятное количество простых и полезных открытий.

Трудно удержаться от перечисления их всех… Здесь и диа– и парамагнетизм, и вращение плоскости поляризации света в магнитном поле, и магнитная анизотропия, и постановка вопроса о влиянии магнитного поля на излучение, и исследования электрического разряда в газе. Он консультирует Общество английских маяков и много делает для замены лампового освещения в маяках электрическим. Русский ученый совершенствует вольтов столб, строит у себя в саду величайшую в мире электрическую батарею и в 1969 году открывает электрическую дугу.

* * *

В конце 50-х гг. Н. Н. Сологубников провел около двух месяцев на лечебном курорте Краснодарского края – в городке Горячий Ключ. Там он и разработал аппарат для общих горячевоздушных ванн, состоящий из деревянного лакированного корпуса на медных колесиках, покрытого внутри цинком; внутреннее устройство очень удобно и допускает свободное движение членов; внизу ящика помещается змеевик. Сбоку помещается кран с надписями «ИРЛАНДСКО-РИМСКАЯ» и «РУССКАЯ» баня.

* * *

Он разрабатывает рецепты красок и совершенствует электромагнитные машины для освещения, интересуется кузнечным ремеслом. «Я люблю посещать кузницы»,– записывает Сологубников в своем дневнике. Н. Н. С. интересуется постановкой переплетного дела в Тутаеве, сам переплетает свои научные записи и дневники, а под старость, будучи членом почти всех академий мира, переплел в большой опрятный том все свои почетные дипломы.

Среди этого бесценного самиздата, любезно предоставленного нам наследниками ученого, особняком стоит грандиозная «КНИГА ПАТЕНТОВ», содержащая подробные описания и чертежи самых значительных изобретений Н. Н. С., собственно и давшая название новой главе нашего исследования. Вообще, работать с рукописями Н. Н. С. оказалось весьма легко и приятно (с отвращением и содроганием вспоминаются неопрятные писульки И. П. Б.).

* * *

Авиа– и кораблестроение, электротехника и астрономия, оптика и механика, архитектура и таксидермия – пожалуй, нет ни одной отрасли науки и техники, которую не обогатил бы пытливый ум Н. Н. С.

* * *

Как заправский постмодернист, Н. Н. С. не стеснялся работать с темами не новыми, общеизвестными и, можно сказать, навязшими в зубах. Глядя на привычные вещи с весьма неожиданной стороны, сочетая и видоизменяя их самым диким образом, Н. Н. С. иной раз получал довольно свежие результаты. Так, например, небезызвестный «разделитель полей зрения», прибор, до вмешательства Н. Н. С. использовавшийся исключительно для выправления косоглазия у лошадей и собак, после двух-трех остроумных добавлений нашел себе применение в патентоведении, медицинской криминалистике и даже в навигации.

* * *

«Люблю работать с чужими идеями…» – пишет в своем дневнике Н. Н. С. и, не выходя из-за письменного стола, довольно-таки точно вычисляет географическое местоположение незнакомого и в целом малосимпатичного ему народа ЙЫЕ только лишь для того, чтобы порадовать младшего своего товарища. Более того, когда Иван Петрович сильно увлекся авиацией, Н. Н. С., заботясь о сохранении здоровья и самой жизни непоседы-ученика, разработал несколько вариантов спасательного устройства внутри аэроплана.

* * *

Известно, что Н. Н. С. чрезвычайно почитал русского ученого Рихмана, бывшего лучшим другом Михаилы Ломоносова и несчастливо убитого в лоб молнией во время проводимого им в грозу дерзкого опыта с электрической искрою. В память о безвременно погибшем смельчаке в конце 1964 года Н. Н. С. при приближении грозы пустил бумажный змей, к которому была прикреплена проволока с длинной пеньковой бечевкой, почти касавшейся земли; к концу этой последней был привязан ключ. Когда грозовая туча подошла к месту, где находился змей, Н. Н. С. поднес руку к ключу и получил несколько искр.