Читаем Выборг полностью

Пулемет снова застучал. Барс уже не мог даже поднять голову – только наблюдал через дыры в стенах, как серые силуэты метались в рассветной дымке, прячась от смертельных свинцовых плетей, хлеставших по улице. Но как же их, черт побери, было много – или так только казалось. Утро обманывало, разбрасывало в мокрых клочьях тумана тени, вспышки и отсветы, заставляя думать, что врагов куда больше, чем было на самом деле. Что-то буквально ухватило Барса за шиворот и потащило к люку. Опасно. Плохо! Близко!

Граната рванула через секунду после того, как он скатился по деревянным ступенькам, предательски затрещавшим под его весом. Наверху громыхнуло, весь дом содрогнулся, а с потолка посыпалась пыль. По ушам заехало так, что Барс на мгновение вообще перестал что-либо слышать. Поток горячего воздуха лизнул его в затылок, но все осколки остались там, на чердаке, разнося в щепки весь скопившийся за долгие годы хлам. Значит, Волки уже рядом. Следующая граната вполне может влететь и сюда – если найдется кто-то достаточно сноровистый для того, чтобы закинуть ее в узкую щель между бронированными ставнями.

– …валить надо!

Вопль Эдика прорывался даже сквозь грохот «Печенега» и омерзительный звон в ушах. Стена и даже ставни вокруг Вассермана напоминали решето – настолько отчаянно Волки пытались подавить пулемет, без всякого сомнения определив его как самый главный источник опасности. Удивительно, как самого Эдика еще не зацепили – в очередной раз помогло везение, без которого он бы едва ли прожил больше пары дней после выхода из метро. Его ноги подгибались, и Барсу на мгновение даже показалось, что это не Эдик держит пулемет, а пулемет удерживает в стоячем положении Эдика, который изо всех сил вцепился в оружие руками. Барсу прекрасно было известно это чувство. Страх. Животный ужас, безумие, когда ошалевший и придавленный разумом инстинкт рвется из оков. Когда пули ложатся близко, совсем рядом, вызывая непреодолимое желание бросить оружие, упасть на землю, закрыть голову руками и лежать, пока это все не закончится. Но бросать оружие никак нельзя. Укрытие – неплохая защита, но куда лучше работает ответный огонь. Огрызаться, противопоставлять свинец свинцу, до последнего не давая атакующим поднять голову и бить прицельно. Иначе – все. Подойдут, изрешетят хоть через деревянные стены, закидают гранатами. Едва ли Эдик так уж хорошо понимал все это – просто держался. Потому, что так было надо.

– Отходим, Эд, – Барс на полусогнутых подскочил к Вассерману и хлопнул его по плечу. – Алекс, Марина – идем. Через заднюю дверь!

А вот к Митричу обращаться было уже бесполезно – Барсу хватило и короткого взгляда, брошенного скользь. Выходное отверстие от пули на спине. Одно, второе, третье… Нет, с такими ранами не живут. На пол уже натекла целая лужа крови, но сам Митрич почему-то не упал – так и остался стоять на коленях, уткнувшись лбом в подоконник, словно и после смерти стремясь защитить свое жилище. Если бы не кровь и не автомат, выпавший из разжавшихся пальцев, можно было бы подумать, что старик вовсе не умер, а просто решил немного передохнуть перед тем, как снова начать стрелять. Барс тяжело вздохнул. Видать, не судьба оказалась Митричу пережить этот день, и поделать с этим ничего уже было нельзя.

– Пойдем, быстро, – Барс воспользовался небольшим затишьем между выстрелами и потянул Алекса за плечо. – Времени мало.

Пацана пришлось буквально оттаскивать от окна – настолько тот увлекся боем. Обернувшись, Алекс шагнул было к Митричу, но тут же остановился и только посмотрел на Барса, словно желая спросить – как же так? А вот так. Погиб суровый и ворчливый одинокий старик, на поверку оказавшийся золотой души человеком. Отдал последнее, и саму жизнь отдал, чтобы они могли жить дальше. И если оставаться здесь – его жертва окажется напрасной. Объяснять это все у Барса времени не было, так что он просто подтолкнул Алекса к задней двери. Теперь осталось только забрать Марину.

– Нет, дружочек, я, кажется, свое отбегала. Идите.

Она даже не оглянулась, и только продолжала выцеливать неожиданно притихший за окном полумрак. Барс выругался и метнулся к ней.

– Ты чего это задумала? – сердито проворчал он. – Давай, пошли.

– Куда я пойду?

Когда Марина, наконец, посмотрела в его сторону, Барс понял, почему она никуда не торопилась.