Читаем Выборг полностью

Все-таки у них получилось. Алексу никогда не приходилось забираться так далеко от Замка – да и мало кому, кроме Волков, приходилось. Барс повел отряд сначала по набережной, потом через станцию, по рельсам. Не самый близкий путь, но зато сравнительно безопасный. В обе стороны от железной дороги местность просматривалась неплохо – даже в темноте, и мутанты никак не могли подобраться незамеченными. По-настоящему страшно было только один раз – на мосту на Кузнечной улице. Тогда зверюги поперли одновременно со всех сторон, и Барс расстрелял целый короб, чтобы их разогнать. Удивительно, что мутанты так упорно не хотели оставить отряд в покое. Обычно достаточно было прикончить пару-тройку зверюг, чтобы остальные разбежались.

– Ничего, может, это и к лучшему, – проворчал Барс, заправляя в пулемет новую ленту. – Если в городе пока не стреляют, значит, Варг со своими волчарами еще сидит в канализации. Не похоже, чтобы мы сильно расчистили ему дорогу.

С этим было сложно поспорить. Весь путь отряда от самой Прогонной улицы усеивали черные и серые туши убитых мутантов, но их, похоже, не становилось меньше. Звериное воинство подтягивало подкрепления со всех сторон, но действовало не слишком-то слаженно – чаще всего вой доносился из центра города, как будто мутанты искали что-то именно там. Или кого-то…

Но на Весеннем Потоке оказалось уже почти спокойно, несмотря на близость леса. Где-то в отдалении маячили несколько серых теней, но ближе подходить мутанты боялись – даже в темноте Барс бил без промаха на три-четыре десятка метров. Алекс попробовал и сам прицелиться из пистолета, но у него ничего толком не выходило. Размытые и дергающиеся силуэты зверюг словно перетекали в окружавшую их ночь и никак не желали оставаться на мушке. Наверное, для того, чтобы стрелять, как Барс, нужно стать Барсом. Ему будто бы и вовсе не нужны были ни зрение, ни слух – он просто знал, где цель. Знал – и все тут. Вот бы и Алексу так…

Жилище Митрича, отмеченное на карте, они нашли почти сразу – дом разительно отличался от тех, что стояли по улице перед ним. Заброшенные своими хозяевами давным-давно домишки зияли выбитыми стеклами, а часть из и них и вовсе обвалилась. За двадцать лет они уже успели зарасти то ли мхом, то ли какой-то другой дрянью. Чуть получше выглядели те, хозяева которых сбежали или умерли сравнительно недавно, но даже они не шли ни в какое сравнение с обиталищем Митрича. Или, вернее сказать, маленькой крепостью.

Все окна были заделаны металлическими ставнями – и не неуклюжими потемневшими железками, как на Круглой башне, а аккуратными и ровными листами, лишь немного тронутыми ржавчиной по краям. Забор вокруг дома давно повалился, но за ним виднелись заграждения из колючей проволоки, увешанные пустыми консервными банками и черепами мутантов. Будь Алекс одной из зверюг, он бы ни за какие коврижки не отважился приблизиться к такому месту. Низенький, но коренастый и со всех сторон закованный в металлическую броню домик словно заявлял, что с его хозяином лучше не связываться – себе дороже.

– Открывай, Сова, Медведь пришел… – пробормотал Барс, осторожно приближаясь к двери. – Надеюсь, Митрич меня из какого-нибудь обреза с ходу не шарахнет.

– Шарахнет.

Старческий голос, прозвучавший из-за двери, однозначно дал понять, что хозяин наблюдает за незваными гостями уже давно. Алекс попытался найти на ровной металлической поверхности глазок или что-то в этом роде, но так и не смог. Похоже, здесь была какая-то другая система, посложнее…

– Шарахнет, – повторил из-за двери хозяин дома, и, откашлявшись, продолжил: – Я тебя, волчья падаль, предупреждал: еще раз сунешься – убью.

* * *

– Тихо, дед, не буянь, – осторожно произнес Барс, на всякий случай аккуратно ставя пулемет на землю. – Не бойся, мы не из Замка, мы сами по себе. Разговор есть.

– А я и не боюсь, – раздалось в ответ. – Мне уже бояться нечего. Проходи мимо, если жить не надоело.

Голос, глухо звучавший из-за двери, вне всяких сомнений, принадлежал старику. Причем старику куда более древнему, чем даже Фенрир. Скорее всего, на момент Катастрофы хозяин этой крошечной крепости уже был далеко не молодым. Таких долгожителей даже в многотысячном Питерском метро едва ли набралось бы больше полутора десятков человек, а уж здесь, в Выборге… Удивительно, как он смог столько протянуть. Судя по всему, весь грозный металлический обвес этого дома был сделан хозяином своими руками и до сих пор поддерживался в отличном состоянии. Да уж, не дед, а кремень. С таким шутки плохи.

– Да я бы с радостью, Митрич, – Барс сделал шаг вперед, – только другие-то мимо не пройдут. Варг скоро явится сюда за «буханкой», и на этот раз ты от него не отделаешься.

– Вот что я тебе скажу, сынок, – проворчал Митрич. – Спасибо, тебе, конечно, большое, но Варгом меня не напугаешь. Я свое уже пожил. Убьют – и ладно. А про машину я и знать не знаю.