Читаем Выборг полностью

Или, скорее, Идола. Огромная фигура чудовища возвышалась над камнями на добрые метров пять, но из-за своей бесформенной уродливости казалась чуть ли не вдвое больше. Неизвестный скульптор не слишком-то заботился о том, чтобы придать своему детищу вид волка, но из-за этого эффект, производимый статуей, только увеличивался. В качестве материала использовали все подряд – дерево, камни, детали автомобилей, железо, даже стекло. Полураскрытую пасть наполняли зубы, сделанные из обрезков арматуры, а глаза волку заменяли два красных плафона от ламп – вроде тех, что обеспечивали в питерском метро аварийное освещение, только побольше. Пожалуй, в любом другом месте эта жутковатая куча мусора выглядела бы даже забавно, но здесь, за стенами Замка, гигантский Зверь будто обретал силу, над которой смяться уже не получалось. Местные жители и вовсе боялись приблизиться к рукотворному чудовищу, обходя площадь по самому краю и предпочитая смотреть куда угодно, лишь бы не на Зверя. Но путь Варга и пленников лежал именно туда.

– С возвращением, сын Волка!

Сначала Барсу показалось, что хриплый каркающий голос принадлежал самой статуе, но потом что-то между лап зверюги зашевелилось, и из тени выбрался скрюченный старик в длинном одеянии из уже хорошо знакомого серого меха.

* * *

Расул сидел без движения уже почти полчаса. Лёшка боялся даже вздохнуть лишний раз, опасаясь вызвать бурю. Самые худшие опасения подтвердились: Волки действительно шли на станцию за Барсом и Королевым. Обратно отряд выдвинулся другим путем – вдоль набережной, но разглядеть две камуфляжные куртки, мелькавшие среди серых шкур, оказалось несложно. На этот раз Косте пришлось чуть ли не силой удерживать Расула. Тот рычал, матерился, а потом в ярости зашвырнул автомат в угол и уселся на кровать, обхватив голову руками.

– Мы им ничем не поможем, – робко произнес Эдик, прерывая, наконец, тягостное молчание. – Они сейчас за стенами. Ты ведь знаешь наших, выкрутятся. Они же хорошие специалисты. Королев что угодно починит – ну кто станет его убивать?

Больше всего Лёшке бы хотелось, чтобы Эдик был прав. Но сумасшедший Фенрир мог убить кого угодно, а Варг уж точно не станет заступаться за пленников.

– В лоб нам не пройти… Должен быть второй вход, – Расул вдруг вскочил и, метнувшись к Лёшке, крепко схватил его за плечи. – Должен! Ты знаешь?!

– Я как-то раз слышал про катакомбы…

– Где? Что за катакомбы?

Голова Лёшки болталась из стороны в сторону и грозилась вовсе оторваться от шеи – настолько сильно Расул тряс его.

– Перестань! – Эдик осторожно оттянул назад разбушевавшегося товарища. – Покалечишь пацана. Ну откуда ему знать?

– Может, это и неправда все, – прошептал Лёшка, на всякий случай отступая на пару шагов назад. – Говорят, Замок и берег соединяет подземный ход, которому лет четыреста. Но где он есть, никто не знает.

– Лучше бы тогда вообще молчал, – прошипел сквозь зубы Расул и грубо оттолкнул Лёшку. – Все из-за вас с этой…

Обычно девочка в таких случаях забивалась куда-то в угол, но на этот раз она вообще никак не отреагировала на крики и шум. Эдик подошел к креслу, в котором она устроилась, сжавшись в комок, и успокаивающе провел рукой по ее грязным свалявшимся волосам. Девочка даже не шелохнулась. Тогда Эдик присел на корточки и собрался было приободрить ее парой слов, но вдруг отпрянул назад и неуклюже плюхнулся на пол.

– Р-р-ребята, – испуганно пробормотал он. – У нее, кажется, кровь…

* * *

Фенрир опирался на длинную сучковатую палку, украшенную черепом какого-то мелкого животного и сплошь испещренную рисунками и непонятными символами. Когда старик, прихрамывая, подошел ближе, Барс смог разглядеть его получше. Лицо Фенрира покрывала огромная, доходившая почти до пояса всклокоченная седая борода, в которую были вплетены черные ленточки и засохшие стебли трав. Головной убор ему заменял меховой капюшон, а вот обуви Фенрир почему-то не носил, осторожно ступая по холодным камням босиком.

– И я приветствую тебя, Видящий, – Варг опустил голову в почтительном поклоне.

Происходящее все более начинало бы напоминать какой-то нелепый фарс, если бы не убийственная серьезность, с которой все присутствующие относились к этому странному ритуалу. И только когда взгляд Фенрира скользнул по Барсу, тот понял – почему.

В покрасневших и непрерывно слезящихся глазах старика плескалось безумие, но не только оно. Что-то еще, перед чем пасовал даже двухметровый Варг – леденящее, злобное, почти осязаемое. Похожее чувство Барс испытал, когда впервые посмотрел с моста на дозорную башню Замка. Оно одновременно и отталкивало, и завораживало, невольно заставляя замереть в ожидании следующих слов Фенрира.

– Ты привел двух мужчин, – хмуро прокаркал старик, проведя узловатыми пальцами с длинными ногтями по куртке Барса. – Но я не вижу девочки, обещанной Зверю, я не вижу предателя, отнявшего жизнь у одного из сыновей Волка.

– Девчонка и пацан у них, – Варг нетерпеливо мотнул головой в сторону пленников. – Этот, седой, командир пришлых. Я не знаю, где остальные, но…