Читаем Выборг полностью

Варг произнес что-то вполголоса, и Волки остановились, один за одним опуская оружие. Лёшка краем глаза увидел, что и люди Барса следуют их примеру. Значит, вместо перестрелки все же состоится беседа, исход которой едва ли окажется для Лёшки с девочкой благоприятным. В то, что Барс будет готов вступить в бой с таким количеством Волков, верилось как-то с трудом. Куда проще будет выдать беззащитных пленников, а то и обменять их на горсть патронов или несколько кусков вяленой свинины.

– Не бойся, маленькая, – прошептал Лёшка, поймав руку девочки. – Все будет хорошо.

Хотя сам он в это верил с трудом.

– Утро доброе. Какими судьбами в наших краях?

Голос Варга прокатился по улице, отражаясь от стен, и затерялся где-то далеко, хотя говорил тот совсем негромко. Командир Волков вышел вперед, распахнув руки так, словно он собирался обнять шагнувшего ему навстречу Барса. Тот вежливо кивнул в ответ на показное радушие Варга, но на ладонь, протянутую для рукопожатия, никак не отреагировал. Какое-то время двое мужчин просто молча стояли, словно прицениваясь друг к другу.

– Проездом, – бесцветным тоном произнес Барс почти минуту спустя.

– Хорошо, – Варг стащил вниз респиратор и широко улыбнулся. – Гостей мы любим. А чего поручкаться не желаешь? Мы тут не заразные, гигиену соблюдаем.

– Здоровый ты больно, – так же тихо ответил Барс. – А я человек старый, больной, косточки хрупкие. Поломаешь ненароком.

Варг недоверчиво оглядел седую шевелюру Барса, выбивавшуюся из-под капюшона, но спорить не стал.

– Зачем пожаловали? Кто такие будете?

– Люди. Не местные мы, – снова заговорил командир. – Я – Барс, а остальных запоминать не обязательно. Нам бы поменяться и дальше пойти.

– Поменяться – это хорошо. Поменяться – это мы всегда «за», – Варг все еще улыбался, но глаза его вдруг стали колючими. – Вот прямо сейчас и начнем. Вижу, ты изловил пацана и девчонку-мутанта. Они наши. А тебе за это полагается мое большое человеческое спасибо.

– Интересное предложение, – задумчиво произнес Барс. – Но я, пожалуй, откажусь. Большое спасибо на дороге не валяется, а от ребятни толку мало, да еще и кормить их надо. Нечестно выходит.

– Да я уж сам разберусь, что честно, а что нет, – ухмыльнулся Варг. – А этих ты мне все-таки отдай. За ними должок, и немалый. Оно тебе надо?

– Пусть сами решают, – возразил Барс, – у нас все-таки двадцать первый век на дворе, крепостное право давно отменили.

– Мужик… Эххх, мужик…

Варг грустно улыбнулся и вздохнул настолько убедительно, что Лёшка даже на мгновение поверил, что тот действительно опечален тем, что им с Барсом не удалось договориться.

– А ведь так все хорошо начиналось, – тоскливо продолжил Варг, медленным, почти незаметным движением отводя руку назад. – Поменялись бы, водки бы выпили, за жизнь поговорили…

Но прежде, чем пальцы Варга коснулась оружия, Барс сделал свой ход. Пистолет появился в его руке будто бы из ниоткуда – Лёшка не успел заметить, откуда командир его вытащил. Даже не быстрое движение: просто не было пистолета, и вот он смотрит дулом прямо в живот Варгу. Лёшке еще не приходилось видеть такое оружие – массивный, явно тяжелый, куда больше тех, что носили некоторые Волки. Старый – весь вытерт, от воронения остались одни воспоминания, но все равно грозный. Убедительный.

– «Кольт одна тысяча девятьсот одиннадцать». «А один», если быть точнее, – скучающим тоном произнес Барс. – Модель тысяча девятьсот двадцать шестого года. Интереснейшая игрушка, я тебе скажу. Довольно старая, но надежная. Осечек на моей памяти не было, во всяком случае. Особенно мне в ней нравится калибр – тот самый американский «сорок пятый». Почти полдюйма. Но тебе, как русскому человеку, в дюймах считать, наверное, неудобно, так что я, так и быть, посчитаю за тебя, – Барс говорил как-то отсутствующе, будто бы не угрожал оружием страшному командиру Волков, а просто читал по памяти лекцию, иногда делая небольшие паузы, чтобы вспомнить нужные цифры. – Одиннадцать и сорок три десятых миллиметра. Сантиметр с лишним. Но и это еще не все. Пару месяцев назад я не поленился распилить крест-накрест напильником головку пули первого в магазине патрона.

Барс остановился, словно наблюдая за эффектом, который произвели его слова. На лице Варга не дрогнул ни один мускул, но Лёшка понял: эффект был, и еще какой. В противном случае Барс бы уже лежал на камнях, пробитый насквозь пулями из десятка стволов. Но пока Волки не двигались, застыли, опустив оружие вниз. Волнение Варга выдавали только глаза – почти такие же были у Сани перед тем, как он прыгнул на Лёшку тогда, в караулке. Но, в отличие от Сани, Варг не был ни глупым, ни самонадеянным. А Барс не был худеньким подростком, первый раз державшим в руках оружие.

– Даже если бы у тебя был бронежилет, – снова заговорил Барс, – которого у тебя, кстати, нет, попадание этой пули вызвало бы гематомы, перелом ребер или даже разрыв внутренних органов. А без «броника» с такого расстояния тебя прошьет насквозь, а выходное отверстие будет размером с мою голову. Такая вот занимательная арифметика.