Читаем Выбор всей жизни полностью

– Желательно приехать в Москву, подписать бумаги – тогда вы сможете вступить в законные права наследника и распорядиться имуществом и средствами в банке.

– Как-то всё это неожиданно…

– Так всегда бывает, – философски изрёк нотариус.

– И много времени это займёт?

– Нет, несколько часов. Вам необходимо иметь при себе личные документы. Записывайте мой телефон и адрес коллегии.

– Минуточку, я только возьму ручку и бумагу.

Николай достал блокнот, ручку и записал всё, что продиктовал ему нотариус.

Попрощавшись, он уселся на стул, как был – в куртке и шапке. Он был ошарашен. Положа руку на сердце, сказать, что он сильно огорчился, было нельзя. В мире каждый день умирают тысячи людей, и это волнует и печалит только их близких родственников. Тётку он не видел никогда, не общался – просто знал, что она есть, и всё.

Отойдя от первоначальной растерянности, он разделся, переложил продукты из пакетов в холодильник, и только тут пришёл к нему запоздалый вопрос: а как велико наследство? Стоит ли из-за него ехать в Москву? Может, тётя оставила ему любимую собачку и ржавый драндулет?

Немного поразмыслив, Николай решил сделать Наде сюрприз, а заодно и занять руки. Он сделал салат и испёк в духовке рыбу со специями в фольге. Запах по квартире витал просто чудный.

Надя и Лёша вернулись домой почти одновременно. Надя только раздеться успела и вымыть руки, как в дверь позвонил Лёшка.

– Ой, как вкусно пахнет! А что у нас сегодня на ужин?

– Сегодня у нас на ужин будет запечённая рыба и салат! – торжественно объявил Николай.

– Ты решил стать кулинаром? – пошутил Лёша.

– Ага, ресторатором. Тренируюсь пока.

Салат понравился всем, а рыба превзошла все ожидания. Лёша попросил добавки.

Готовил Николай редко, по настроению. Известное дело, лучшие повара – мужчины, кто готовит мясо или рыбу лучше? А шашлык вообще не любит женских рук. И не потому, что женщины хуже. Просто для них приготовление пищи – дело привычное, обыденное. Для мужчины же это священнодействие.

Уже вечером в постели Николай поделился с Надей новостью о наследстве.

– Почему сразу не сказал? – прошептала она.

– А вдруг там любимая собачка, ржавый драндулет и сундук со столетними письмами?

– А что там, нотариус не сказал?

– Говорит – не телефонный разговор.

– Что думаешь делать?

– С тобой вот советуюсь.

– Единственный наследник ты – тебе и решать. Мне-то уж точно никто наследства не оставит.

– Это только один Господь знает. До сегодняшнего дня я и сам так думал. Ладно, давай спать, тебе завтра на работу.

Николай стал уже засыпать – он привык ложиться в одно и то же время, через пару дней на работу, надо входить в режим, как услышал голос Нади:

– Вот бы привалило!

Он даже подумать не мог, что её это так сильно впечатлит – вон даже заснуть не может. Надо было молчать. Если действительно наследство стоящее, был бы сюрприз.

Утром Николай съездил к лечащему врачу и по знакомству уговорил того продлить ему больничный ещё на пять дней – он решился ехать в Москву. А чем чёрт не шутит, пока бог спит?

Сборы были недолгими: в портфель – свежую рубашку и носки, в портмоне – деньги и паспорт. Ехать поездом до Москвы – меньше суток, как раз к утру там будет.

Свободные места в проходящем поезде были. Он купил билет, зашёл в вагон и только оттуда позвонил Наде:

– Надюша, я в поезде, еду в Москву на пару дней. Ты знаешь, по какому вопросу.

– Хоть бы предупредил, я бы тебя собрала.

– Не маленький, сам собрался. Да и два дня – не срок.

– Тогда удачи тебе! Целую.

– И я тебя.

Ещё дома, по Интернету, Николай узнал, как добраться, и теперь, подъезжая к Москве, созвонился с нотариусом. Полчаса на поиски – и вот он уже в солидно обставленном кабинете. Обстановка говорила о серьёзной фирме.

Для начала нотариус внимательно изучил паспорт, сделал с него ксерокопию. Потом выпытывал у Николая некоторые семейные подробности – вроде имени отца умершей тёти, где она получала образование и тому подобное. Наконец вернул паспорт и извинился.

– Простите за некоторую назойливость, просто хотел удостовериться, что вы – это вы.

– Но это же вы меня нашли, а не я вас! – искренне удивился Николай. – До вашего звонка я и не подозревал о смерти тёти.

– Текст завещания существует на шведском и русском языках, невозмутимо продолжил нотариус, – и оба экземпляра аутентичны. На каком языке зачитывать завещание?

– Конечно, на русском! Шведского языка я не знаю.

– Хорошо. Вы получите заверенную копию.

Нотариус достал из сейфа папку, зачитал завещание. Текст был коротким, и оглашение заняло не более нескольких минут. Но Николай понял главное: тётя отписала ему дом в Стокгольме и имение в сельской местности, а ещё – счёт в национальном банке.

– И сколько денег на счету? – полюбопытствовал он.

Нотариус заглянул в другую бумагу и назвал сумму со многими нулями.

– Это в рублях? – спросил Николай.

– Нет, в шведских кронах.

– Сколько это будет в долларах или в евро? Как-то я не силён в кронах.

Нотариус пощёлкал на калькуляторе и назвал сумму в евро. Услышав её, Николай был оглушён и какое-то время сидел в некоторой прострации.