Читаем Выбор сердца (СИ) полностью

Все трое какое-то время плескались в своё удовольствие. Наблюдать за массивным зверем и мелкими дракончиками можно было до бесконечности. Аранагон показал забаву детям. Он подныривал в глубине бассейна, а кто-то из детей вскарабкивался к нему на спину, а потом скатывался на брюшке по мокрой коже дракона. Драконьи водные горки! Если дети обычно визжат в таких случаях, то дракончики рычали.

Убедившись, что им и без меня весело, я решила переодеться. Где-то в соседней комнате Ран бросил платье и туфли, которые принёс для меня.

Нашла я их недалеко от арки. Хотя переоделась не сразу. Дала просохнуть волосам, чтобы не намочить платье. Тем временем осматривалась.

Второй раз пещеру я разглядывала уже более внимательно, подмечая детали. Стены были из светлого песчаника в горизонтальных полосах цветом от белого до светло-коричневого. Кроме огромной кровати здесь были поменьше. Прикинув размер, я подумала, что они предназначены для дракончиков в обороте. Формой спальные места напоминали плетёные из лозы корзины с низкими бортами. Дно было мягким. Я специально подошла и пощупала. Это был набитый морскими водорослями тюфяк. В противоположной от кровати зоне было место, обложенное камнями с плоским дном, покрытыми бурыми пятнами. Принюхавшись и поскребя когтём, поняла, что это кровь. Здесь был желоб с водой, которой можно было обмыть поверхность плоского камня, с глубокими бороздами по периметру, куда стекала вода и уходила в слив у стены.

Неожиданно прямо напротив входа я заметила дверь, которая сливалась со стеной. Немного озадаченно рассматривала эту площадку, размышляя о её предназначении. Неужели это столовая зона для драконов?

Обойдя площадку, я открыла дверь и прошла в ещё одну пещеру поменьше. Места здесь было на пару драконов, если они будут очень близко друг к другу лежать. Освещения было меньше — приятный полумрак. Очень уютное место, отметила мысленно. Кроме каменного чана с водой в этой пещере больше ничего не было.

Вернувшись назад, стала одеваться. Было немного странно надевать женское платье, да ещё без нижнего белья. В последние годы я носила только брюки.

Шёлк василькового цвета приятно льнул к коже, хотя само платье было свободного кроя с множеством пуговок со вставленными сапфирами, от высокого горла до талии. На длинных манжетах по внешнему краю тоже были такие пуговицы. По низу подола широкой полосой шла вышивка золотыми нитями с изображением дивных цветов и мелких птиц. Туфли тоже были шёлковые, украшенные россыпью сапфиров, с плотной кожаной подошвой с небольшим широким каблучком.

Очень не хватало зеркала, чтобы увидеть себя со стороны. За неимением расчески я, как могла, прогребла когтями свою белоснежную гриву, отмечая, что она достигла той длины, которую я обрезала в доме Валарда.

Стоило вспомнить своего дар-дракона, как настроение резко ухудшилось. В душе противно заскреблось сомнение, что я не должна была отдаваться Рану. Ведь я люблю Валарда! Как же так? Получается, я предала его? Если у дракона не было выбора, и он вынужден был взять в жёны другую из-за чувства долга перед своим народом, то у меня выбор был. Но Ран… Он ощущался близким и дорогим мне человеком… драконом.

Долго предаваться самобичеванию мне не дали. В пещеру шумно вбежали дракончики. А за ними важно прошествовал дракон. Его морда склонилась ко мне, и чёрный глаз уставился на меня, разглядывая. От дракона шла волна довольства, словно он рассматривал что-то такое, что ему очень нравилось.

Разыгравшиеся дети носились по пещере, то и дело пробегая под брюхом дракона. Стоило их утихомирить. А ещё я не знала, что делать с обратным оборотом малышей. Возвращаться в человеческие тела они не хотели. Категорически. Чем сильно меня расстраивали. После того, что дети перенесли, я безумно хотела взять их на руки и приголубить. Дракончиков тоже можно было гладить по мордочкам, но в человеческих формах привычнее.

— Аранагон, ты можешь помочь им обернуться? — я с надежной заглянула в чёрный глаз, безотчётно протянув при этом руку, и погладила тёплую, с плотными чешуйками, кожу дракона.

Он фыркнул недовольно на малышню, когда они умудрились оттоптать ему лапы, и ухватил Дария за шею, пригибая того к земле. Дракончик замер на месте. Я сначала испугалась, что Аранагон может поранить острыми, как бритва, зубами нежную кожу малыша, но ни запаха, ни вида крови не было. Богдана, видя такое, сама плюхнулась на пузико и подползла к притихшему Дарию, жалобно поглядывая в мою сторону.

Дракон отпустил моего сына и опять повернул ко мне морду. Вздохнул как-то печально и расстроил меня ещё больше.

— Слишком ранний оборот. Они не могут обернуться. Нужно пока ждать. Заставить их я не могу. Это могут сделать только родители-драконы.

Я обхватила плечи руками, чувствуя себя какой-то потерянной. Проблема, с которой я сама не могу справиться. Такого уже и не помню. Валарда рядом не было. Я — не дракон.

— Что же мне делать?

— Ждать.

Хороший ответ — нечего сказать.

— Аранагон, почему с нами нет Эля? Где мой сын? Хочу его увидеть.