Читаем Выбор из худшего полностью

– Да нормально все, – успокаивающе махнул рукой де Камбре. – Все же виконт – это вице-граф, так что не очень-то я от тебя отстал, а о моей нищете поговори с Ренардом, рассмеши человека. Но вот о рабах в Галлии действительно раньше не слыхивал.

– Ну так слушай.

И граф рассказал. Оказывается, действительно, есть такое. Но доступно лишь избранным.

На средиземноморском сапоге, на самом севере, стоит вольный город Венеция. В своем мире Борису Воронину удалось повидать это чудо своими глазами, неделю прожили там с женой. Прошлись по узким улочкам, зажатым меж домов с потрескавшейся, а то и облупившейся штукатуркой, посидели в кафе на площади Сан-Марко, зашли и в сам собор, и во дворец дожей… даже на гондоле поплавали… Эх, да что ж теперь. Давно это было.

А здесь Венеция не просто город, а серьезное государство, владеющее обширными землями на восточном побережье Адриатики. С вполне приличным флотом, между прочим.

Так вот там рабство – штука вполне законная. И, что самое интересное, другие европейские страны право венецианцев на двуногую собственность признают безоговорочно, как, впрочем, и право подданных османского султана. Так что уважаемым господам из этих других государств вовсе не возбраняется приехать в сей славный город, купить себе раба, да и владеть им до смерти. Чьей? А того, кто первый на суд божий отправится, ибо владение-то пожизненное, но без права наследования.

Красота, если деньги есть! Одна беда – приехавший должен доказать свое безусловное родство с полноправным венецианским гражданином. А вот этот фокус под силу лишь представителям высшей знати, чьи родственные связи надлежащим образом задокументированы и ни малейших сомнений не вызывают.

А все остальные – шалишь: мало ли какой поп чего спьяну накропал при рождении. Нет других достоверных документов, кроме родословных книг! По крайней мере, в Венеции их не признают. Точка.

За сотни лет, что действует этот порядок, выработалась даже традиция. Каждый год в середине июня в гостинице «Контарини», что расположилась в самом центре города, собираются желающие обзавестись эдаким движимым имуществом – золотая молодежь со всей Европы. Затем мажоры отправляются в Магриб, где на тунисском рынке покупают живой товар. Как правило – молоденьких красавиц, хотя есть и любители… впрочем, не о них речь.

– Очень интересно! И что, ваше сиятельство, у вас тоже личная наложница имеется? – Де Камбре позволил себе ехидно улыбнуться.

Но друг лишь отмахнулся.

– Нет, ни у меня, ни у брата. Нам вполне хватило рабыни отца.

– Как?! Рабыня здесь? А можно увидеть?

Виконт представил себе, как по коридорам графского замка легко, словно балерина скользит изящная одалиска в золоченых туфлях, широких шелковых штанах и полупрозрачной накидке.

Но Филипп ехидно усмехнулся.

– Так вы ж знакомы! Ты от кого на прошлой неделе в кабинете графа прятался?

– Что?!

Де Камбре вспомнил здоровенную бабищу, командовавшую во дворце прислугой. Эта двухметровая красавица килограмм за сто весом держала в могучем кулаке всех слуг, готовых очертя голову лететь исполнять ее волю, выраженную даже не словом – легким движением единственной брови, нависающей над карими, словно альмандины, глазами.

Несколько дней назад, действительно, он в поисках друга зашел в обеденный зал, где под присмотром этой дамы шла генеральная уборка. И умудрился наступить на вымытый, но еще не просохший пол.

Нельзя сказать, что бывший полковник контрразведки и кавалер трех высших наград Галлии испугался. Нет, конечно же. Просто ноги сами, не спросясь мнения хозяина, вынесли героя в коридор и, опять же по своей инициативе, забежали – именно забежали, какое там «степенно зашли» – в кабинет владетельного графа. Слава богу, что Филипп был именно там.

– Ну что, вспомнил? Уж не знаю, чем и о чем думал наш батюшка, покупая эту жертву работорговцев, но сама мысль, что в замке может появиться вторая досточтимая Фируза, напрочь отбила у нас всякое желание ехать в Венецию. Во всяком случае, с целью покупки рабыни.

Когда де Камбре отошел от шока, вызванного столкновением восточной сказки и реальной действительности, двум специалистам разведки удалось-таки составить план, весьма изящно выглядевший в теории. Если бы эти планы еще и в жизни срабатывали…

Короче, Филипп предложил отправить де Савьера в Венецию под его, графа Амьенского, именем. Правда, среднего роста русоволосый маг был похож на красавца-богатыря графа, да еще и блондина, как драная дворняга на королевского дога, но искушенных разработчиков это не смутило. Особенно одного, бывшего полковника, прости господи.

– Жан, да с момента поступления в академию я ж ни с кем, кроме военных, и не общался! А волосы мы перекрасим – это ж простейшее заклятье! Неделю, которую ему предстоит шастать по османским землям, оно точно продержится!

Граф был неподражаем в своем энтузиазме. А де Камбре… ну что ж, он другого выхода просто не видел. Или эта авантюра, или надо сесть, сложить лапки и ждать неизвестно чего. Причем «чего» заведомо неполезного для здоровья.