Читаем Выбор Евы полностью

— Как-то глобально, — Ди смотрел в глаза подруге и не верил в слова. Как-то странно и пафосно всё звучало. Прямо как его слова, о том, что он убьёт Вожака. — А его не смущает, что на севере, за заливом, тоже стоит город, где живут люди? Да и наше поселение не так давно разделилось. Не правда ли? Так почему мы тогда должны спасать человечество? Что-то мне не верится, — признался он, наконец.

— Всё намного проще, чем ты думаешь, — Эва чувствовала, что единственный человек, которому она могла понадеяться, вот-вот может потерять к ней доверие. Но лучше чем написано в тетради, рассказать она бы всё равно не смогла. — Он действовал не один. Насколько я знаю. А в остальном… как только ты прочтёшь эти записи, сразу всё поймёшь. Всё встанет на свои места.

— Ладно… — Ди закрыл лицо руками, затем резко убрал и посмотрел в глаза подруге. — Ты предлагаешь мне уйти? Из поселения? Оставить всё и всех? Навсегда?

— Именно, — дочь оружейника ещё не поняла, куда клонит Ди.

— Предположим мы ушли по льду… И что? Предположим, мы даже ночь пережили. И что? Какой смысл? Если мы не умрём от холода, то сдохнем от голода!

— Я тоже спросила это у Вожака. Он сказал, чтоб мы заготовили мяса и ушли. Оставшись, мы всё равно умрём. А так есть шанс.

— Какой шанс?! — неожиданно вспылил Ди. — У нас есть шанс, если останемся и будем обороняться!

— Ты не видел, сколько там зверей, — тихо произнесла Эва. — У нас даже патронов столько нет…

— Как это «патронов нет»?! А ты и твой отец на что?! Они же, надеюсь, не завтра нападут. Сделаете!

— Ди… — неуверенно начала дочь оружейника. — Ты всерьёз не видишь того, что творится вокруг?

— Да о чём ты?! — в глазах молодого разведчика полыхал огонь.

— Не будет больше никаких патронов. Не будет оружия. Ничего не будет! — Эва всплеснула руками. — Как ты не видишь?! Когда в поселении сделали последнее ружьё?! Ещё до нашего рождения! Когда изготовили последний приличный клинок? Ещё до нашего рождения! Почему звери постоянно рвут бойницы? Да потому что приличную сталь изготавливали ещё до нашего рождения! Пороха нет! Понимаешь? Нет! Патроны делать не из чего!

— Но… как?! — Ди глупо хлопал глазами. — Как это «нет»?

— В городе есть одно большое помещение. Туда можно спокойно заходить и выходить. Отец мне рассказал, что когда мы приплыли в этот город, то умели изготавливать порох. Но потом, когда нашли этот склад… Там хранятся… Хранились большие патроны. Не знаю, куда такие применяли… Из них-то мы порох много-много поколений и доставали. Но эти большие патроны закончились! Порох доставать больше неоткуда.

Эва несколько минут смотрела на обалдевшего друга.

— Тебе уже должны были попадаться патроны без дроби. Попадались? — Ди медленно кивнул. — Отец готовит какую-то смесь. Она лишь вспыхивает и бу?хает, но дробь вытолкнуть не может. Потому дробью такие патроны и не начиняются…

Лицо у разведчика побелело, но в следующее мгновение начало наливаться краской.

— Ножами перекромсаем всех! — воодушевился он.

— Я думала ты умнее, — одними губами произнесла дочь оружейника.

— В смысле умнее? Ты хотела сказать трусливее? Убежать, когда всем грозит истребление? Вообще, чего мы стоим-то? — Ди направился к выходу.

— Постой, — схватила за локоть Эва. — Давай ещё кое-что обговорим.

— Нашим родным грозит опасность! — воскликнул он. — Потом обсудим! Сейчас надо предупредить.

— Не делай этого.

— Не делать чего? — не понял молодой разведчик.

— Не предупреждай.

У Ди от удивления нижняя челюсть отвисла.

— Ты хочешь, чтоб всех убили?! — наконец выдавил он.

Эва посмотрела на него голубыми глазами.

«Прям как небо», — вспомнил он последнее нападение, когда лежал и глядел на бесконечно чистую высь.

— Да, — тихо произнесла дочь оружейника. — Я хочу, чтоб их всех убили. Моя бабушка перед смертью сказала, что из всех дорог надо выбирать самую тяжёлую, потому что она единственно верная. Сейчас самый тяжёлый путь, это уйти и попытаться выжить. Или выберешь лёгкую тропинку и умрёшь со всеми? Пойми, поздно что-то делать. Ты никого не спасёшь. А умирать вместе со всеми глупо.

— Ты предлагаешь мне попросту струсить и сбежать, — угрюмо вставил Ди.

— Пусть так, — легко согласилась Эва. — Но я выбрала тебя не за красивые глаза. Мне кажется только ты и можешь понять… Нам предложили шанс на спасение, а ты кичишься какой-то бессмысленной храбростью… Подумай, может храбростью, как раз будет попытка выжить?