Читаем Вуаль памяти полностью

В итоге Снейп не выдержал и сдался. Этой ночью они осуществили «грандиозный» план Гарри. Как Северус не получил инфаркта - для него до сих пор оставалось загадкой. Василиск! Через весь замок! Ночью! В последний день каникул - потому что дольше ждать уже было нельзя, а в Хогвартских коридорах в учебное время никогда не бывает пусто. Выбирались они через какой-то всеми заброшенный и давно обвалившийся тайный ход. Гарри его, правда, сумел на несколько минут очистить и даже продержать потолок до тех пор, пока они его прошли, но зато потом этот туннель завалило окончательно. Снейп этим утром очень долго и очень тщательно осматривал свои волосы - и нашел целых три седых волоска. А Прингстону - хоть бы хны, он все время беззаботно трепался с василиском - Мерлин знает, о чем - совершенно не волнуясь об успехе предстоящей операции, периодически подшучивая над трясущимся… нет, небезосновательно волнующимся слизеринцем и чуть ли не насвистывая себе под нос! И вид имел совершенно довольный жизнью и всеми этими приключениями! Как будто их не могли обнаружить каждую секунду, как будто василиск не мог случайно приоткрыть глаза, как будто им по пути не встретился Пивз, которого Гарри, впрочем, быстро обезвредил, как будто они не слышали где-то в отдалении голоса директора, как будто…

Короче, сегодня с утра Снейп был ОЧЕНЬ и ОЧЕНЬ зол на своего товарища, и то, что через несколько минут в замок возвращался весь этот сброд во главе с Поттером, да плюс еще и Эванс, с которой Северусу снова придется делить Гарри, - все это не добавляло ему оптимизма и хорошего настроения. Несмотря на все выкрутасы Прингстона, это были самые лучшие каникулы в жизни Снейпа - и это еще не вспоминая о подарке Гарри на Рождество. Он подарил Северусу книгу - не простую книгу, а Книгу с большой буквы - «Зелья» авторства самого Слизерина, которая считалась утерянной еще чуть ли не со времен основания Хогвартса. За простым и кратким названием, подходящим скорее учебнику для первоклашек, скрывались рецепты таких зелий, о которых даже думать было страшно, не то, что их варить. Но были и сотни других - необычных, незнакомых, поразительных в своей простоте и гениальности рецептов, которые Снейп собирался в ближайшем времени воплотить в жизнь… И сколько всего можно изобрести на их основе, сколько новых зелий открыть, сколько… За одну только эту книгу Северус был готов простить Гарри все… ну, или почти все. Но это совершенно не означало, что он не мог проявить немного гордости - и чуть-чуть пообижаться на неугомонного и слишком наглого гриффиндорца. А то он вообще на шею сядет и ножки свесит, если ему вот так легко спустить с рук все эти ночные приключения. Нет уж, увольте, пусть немного попереживает, ему полезно - а заодно, может быть, начнет побольше ценить своего друга…

Он почувствовал осторожное прикосновение к своему плечу и обреченно открыл глаза. Гарри смотрел на него со своим лучшим щенячьим выражением - зеленые глаза в пол-лица, изогнутые домиком брови, чуть надутые губы… Снейп моргнул и на мгновение позволил себе развлечься мыслью, а насколько бы быстро исчез из поля его зрения - и из его жизни - Прингстон, если бы слизеринец его вот прямо сейчас поцеловал? Но секундная слабость осталась секундной слабостью, и Северус прекрасно понимал, что уже через пару мгновений он начал бы смертельно сожалеть об этом поступке.

С тихим стоном он поднялся - не потому, что именно этого от него добивался Гарри, а потому, что сидеть на каменном полу зимой было не самым умным из его поступков - и продолжил движение в сторону зала, в котором вот-вот должны были собраться прибывшие с каникул ученики. Прингстон безмятежно потрусил за ним - правда, в кои-то веки молча, слава всем великим волшебникам прошлого и будущего!

…

Гарри смеялся и болтал, пытаясь успеть перекинуться хотя бы парой слов с каждым желающим. Одной рукой он полуобнимал за плечи раскрасневшуюся и кажущуюся очень счастливой Лили, а другой твердо держал за запястье Снейпа, крайне недовольного этим обстоятельством и что-то бурчащего себе под нос. Но не мог же он дать ему снова ускользнуть куда-нибудь в щель и там затаится - пусть привыкает к всеобщему вниманию, и пусть все, в свою очередь, привыкают к обществу Северуса - к тому, что он перестал быть парией и теперь будет участвовать в жизни Хогвартса наравне с другими, даже если Гарри придется для этого наложить на него Империо.

У входа в зал показался Джеймс. Он мрачно покосился на собравшуюся вокруг Прингстона набольшую толпу, а в особенности на Лили, но ничего не сказал и молча проследовал к гриффиндорскому столу. Там к нему присоединились Петтигрю и Люпин.

- Что это твой Поттер какой-то угрюмый? - шепнул Гарри Лили.

- Ну, во-первых, он не слишком-то доволен тем, что видит меня в твоей компании. Мне едва удалось убедить его за каникулы, что у нас с тобой ничего нет и ты мне просто друг… - начала объяснять девушка.