Читаем Вторжение полностью

19-05. Надо идти ужинать. Составлял список авторов, которых необходимо собрать на учредительный форум, дабы выбрать правление, а то опять возникнет ситуация, как в ВПЛО. Неясен был статус организации, а создатель ее Станислав Гагарин оказался вроде как самозванцем.

РТО — образование самих писателей. Вот юридическая подоплека. Они выбрали правление, председателя и его зама. А вот уже те и формируют аппарат, набирают специалистов. Так вот и надо все делать. Собрать пару десятков писателей в Союзе писателей России. Договориться с Поволяевым, скажем, в четверг, 12 апреля, в 16–00.

Но писатели, увы, крайне нестойкие люди…

Правление — Гагарин, Павлов, Никитин, Юсов, Павленко.

19-14. Иду ужинать. И разговор с Николаем по телефону.

19-25. Переписал концовку на отдельный листик и еще раз восхитился тем, как придумал закольцевать роман. Вечером буду писать дальше, прикину план всего романа, по дням. 13 дней — 13 глав.

21-17. Долго говорил с Николаем Юсовым по телефону, потом с Борисом Никифоровичем. Все утрясали форму будущей организации. Борис Никифорович сказал, что ко мне выехал гонец с проектом договора, который мы заключим, втроем: завод, Литфонд и РТО, хотя РТО юридически еще не существует.

Напишу-ка я письмо Анатолию Гагарину.

Вот и гонец появился, привез договор.

21-42. Писать роман! И днем, и ночью…

08-48. Может быть, модель планеты Зодчие Мира создали, чтобы изучить причины, толкающие цивилизацию к самоубийству?

Елки-палки, задумал такой роман, и уже пишу его, и при этом барахтаюсь в говне, которое сам вокруг себя собрал во имя благородной идеи! Где же элементарная справедливость? Где же простая порядочность всех этих быковых, алексеевых, коробовых, колесниковых, юминых и рыбиных? Скунсы вонючие, а не хомо сапиенсы…

Надо и сие отразить в «Смятении». А пока печатаю договор, сочиненный Махариновым. Не нравится мне он, договор, ощущаю некий подвох.