Читаем Второстепенный: Плата полностью

- Всё равно, – мотнул Ай рогами. – Мы все заслуживаем равноправия, а не такого… диктата!

Я рассмеялась. Что этот чудак знал о диктатуре?  

-  Равноправия? Да, люди дали бы вам, рогатым, равноправия. Как неграм, например. Или индейцам. Ну, знаешь, тем самым, из Америки. Католики, кстати, ещё думали, люди ли они вообще… А как бы дал тут всем равноправия немецкий пейзажист Адольф Гитлер, если бы ногу ему не отрезало! – я хохотала всё звонче. Ох, не обжигались перевёртыши и люди, не обжигались!

За стеной снова что-то грохнуло. Замок ощутимо тряхнуло. На голову просыпалась пыль. Я глотнула её, поперхнулась и пришла в себя.

- Ладно, не до этого сейчас… Нужно всё это остановить, но в таком виде у меня ничего не выйдет, – я провела рукой по груди. – Мне нужен Змей. Предки, слышали? Мне нужно остановить эту войну! Люди нарываются на геноцид! Они не выстоят против эльтов!

В сердце воткнулась острая игла, провернулась, заставив согнуться. Перед глазами на миг повисла белёсая пелена. Я зажмурилась, задержала дыхание, а когда проморгалась, рядом с Аем стояли Кайракан, бабуля и Волх. Волх поигрывал мечом, Кайракан отстранённо любовался цветами.

- Змей не отдаст приказ, – сказала бабуля, неодобрительно поджав губы. – Сопротивление бросило в эту атаку всё, что было.

Игла в сердце провернулась сильнее, внутри что-то тревожно натянулось, не давая дышать. Я пила воздух мелкими частыми глотками, понимая, что это приступ, что надо бежать за зельями, но время струилось сквозь пальцы. Терять его последние песчинки было чревато бедой.

- Тогда ты, – выдавила я. – Ты останови их. Тебя они послушают.

Бабуля коротко покачала головой.

- Я не могу. Это испытание. Не я его придумала, не мне его проходить, не мне за него платить, не мне его останавливать.

- Но… – Кайракан по-птичьи наклонил голову набок, и острый клюв его вороньей маски нацелился мне в лоб, – я могу немного подсказать. Ты во всем этом играешь второстепенную роль, прямо повлиять на людей под силу только Змею. Но и он и не бог, и не творец, он часть первородного хаоса, что пронизывает всё сущее. Справиться с ним могут только боги, а боги сильны жертвами. 

Боги сильны жертвами? Я перевела взгляд на бабулю. Она Великая Мать, Мать-Сыра-Земля. Она всех принимает, всем определяет судьбу. Кто-то считает, что это проявление великой любви, но нет. На самом деле у неё так много детей, что в какой-то момент ей стало безразлично. Эльты чтили её всё это время, приносили жертвы, сохраняли порядок, который она выстроила. Поэтому она позволила эльтам войти в сиды и приняла Златовласа как сына. Родные дети о ней так не заботились, как приемные. Пусть не любовь, но расчет. Она могла подсобить им, если бы захотела. Так почему не хотела? Родной ребенок всяко милей? Это ведь с её попустительства люди проникли в сиды.   

А бабуля тем временем нахмурилась.

- Дорогой! Мы же договорились!

- Дорогая, а что не так? – иронично отозвался Кайракан. – Ребёнку не впервой, переживёт и вновь расцветёт, лишь взрослее станет. Не так ли ты говорила?

- Я приняла их желания и клятвы, дорогой, – в тон ему отозвалась бабуля. – Так или иначе, говорил мне чужак. Не вмешивайся в мои дела!

Кайракан полюбовался гневно пыхтящей бабулей и выдал:

- Я так люблю, когда ты злишься!

Бабуля фыркнула, откинула на спину тёмную косу и, немного успокоившись, повернулась ко мне.

- Скажу честно, меня печалит эта проблема с чужаками и твой круговорот, – вздохнула она, прислушиваясь к выстрелам. – Да и Яша всё жаждет расплаты за сожжённое древо… 

- Бабуленька, милая, любимая, если дело в сожженной яблоне, то я всё сделаю, - взмолилась я. - Что хочешь сделаю, только пусть они живут! 

Бабуля переглянулась с Кайраканом и строго уставилась на меня. Помолчала, чем чуть не довела меня до истерики.  

- Так и быть, - промариновав хорошенько, ответила она. - Посади яблоню и считай, что в расчёте за всё. Я отменю наказание, будет тебе и полная власть, и своя изба. Вернёшься домой, станешь наравне с Владычицей чужаков встречать. Чужакам же больше никаких препятствий не будет. Смогут ужиться все вместе – пусть.

Сладко бабуля говорила и мягко стелила. Никакой неправды я не чувствовала, но… Что же она не договаривала?

- Наказание?

- Так ведь отчего, по-твоему, ты вновь и вновь сюда приходишь? – всплеснула руками бабуля. – Круговорот чужаков – твоих рук дело. Это на твоём коне Илмариона их через реку перевозит. Кто сад мой спалил и тем лишил людей моих плодов, без которых им не услышать правду о колдунах? Кто вместо того, чтобы познакомить их со смертью, из восемнадцати душ выстроил им место в нашей деревне? Тобой всё устроено, потому что ты первым круг опробовал! Так повелось - пока ты дома, тебе и полная власть, и своя изба, и место в саду. Сюда ты спускался изредка, когда на людей хотел посмотреть или семечко принести. А как ты всё спалил, когда Яша друидов против чужаков науськал, так я тебя и наказала - привязала твою душу к гребню и прокляла чужака. Очень уж удачно он всунулся. Что смотришь? Я тоже обиделась!